В 1752–1754 году на углу Невского проспекта и набережной реки Мойки по проекту архитектора Б.Ф. Растрелли был возведен дворец для графа С.Г. Строганова. Выполненный в стиле зрелого барокко, Строгановский дворец занимает одно из ведущих мест в панораме центральной части Невского проспекта. В XIX веке в Петербурге его называли «Малым Зимним дворцом». Фасад дворца на уровне второго и третьего этажей украшен спаренными колоннами, а простенки между ними – медальонами с мужским профилем. В Петербурге бытует легенда, что на медальонах изображен профильный портрет владельца роскошного особняка, графа Строганова. Однако есть и другая легенда, получившая распространение в современном Петербурге. Она утверждает, что в медальонах помещен портрет самого Растрелли. Если это так, то великий зодчий положил начало петербургской традиции включать в архитектурное убранство здания своеобразный автограф архитектора. Впрочем, в XVIII и XIX веках напоминание об авторе проекта можно было встретить и во внутренних помещениях дворца Строганова. В одном из залов висел портрет Растрелли, исполненный итальянским художником П. Ротари. В настоящее время портрет находится в Государственном Русском музее.
По легендам, Строгановы ведут свой род от одного из родственников ордынского хана, принявшего христианство и согласившегося служить московскому князю Дмитрию Донскому. Судьба первого Строганова оказалась ужасной. Он был захвачен татарами и за нежелание вернуться в ислам подвергнут жестоким пыткам. Хан приказал «исстрогать на нем тело, а затем всего на части изрубя, разбросать». Так, если верить фольклору, произошла фамилия Строгановых. Правда, существует и другая легенда, согласно которой Строгановы вышли из новгородских помещиков.
Строгановы были сказочно богаты. Им принадлежали почти все солеварни и горные разработки России. Согласно преданиям, еще в XV веке Строгановы выкупили из татарского плена московского князя Василия II Темного, а в XVI веке на свои деньги снарядили дружину Ермака для покорения Сибири. Петру I Строгановы ссужали деньги для успешного ведения Северной войны. Причем, если верить фольклору, делали это весьма экстравагантно. Рассказывали, что Григорий Дмитриевич Строганов, «угощая царя обедом, преподнес ему на десерт бочонок с золотом».
На ежедневных обедах его потомка, Александра Сергеевича Строганова, устраиваемых во внутреннем дворике дворца на Невском проспекте, могли одновременно присутствовать до сотни-другой человек. Всякий прилично одетый прохожий мог зайти и отобедать у графа. Рассказывают, что «некто обедал таким образом более двадцати лет и, когда однажды не пришел (по-видимому, умер), никто не мог назвать его имени». Говорят, однажды Екатерина II представила графа Александра Сергеевича Строганова австрийскому императору словами: «Вот вельможа, который хочет разориться и никак не может». В Петербурге о нем говорили: «Богаче Строганова не бывает».
В 1917 году Строгановский дворец был национализирован. В его залах открылся музей быта. Затем он принадлежал различным организациям. В настоящее время передан Русскому музею.
Рядом со Строгановским дворцом находится дом № 19. Этот мало чем примечательный дом в середине XIX века также принадлежал Строгановым. На протяжении двух столетий он неоднократно перестраивался. Нынешний облик пробрел только в 1940-х годах, после реконструкции. Для истории петербургского городского фольклора он представляет известный интерес. Это, пожалуй, единственный дом на Невском проспекте, адрес которого включен в текст незамысловатой блатной песни о неудачнике-барабанщике, не сумевшем стать первой скрипкой ни в оркестре, где он работал, ни в собственной семье:
Остается гадать, реальный герой у этой замечательной песни или он вымышлен, а номер дома потребовался безвестному автору исключительно для сохранения песенного ритма.
