– Вас никак одолели блохи? Почему из всех углов так и разит лавандой?
– А почему бы нам всем не пройти внутрь? – предложила я, пересаживая Бекку на другое бедро.
– Вот я и дожидаюсь, когда меня позовут в дом, – огрызнулась Изабо, возмущенная задержкой. – Я же не могу сама туда вломиться.
– Тебе лучше знать, – дипломатично ответила я, не желая вступать в пререкания со свекровью. – Мои знания вампирского этикета весьма поверхностны. Мы, ведьмы, просто толкаем дверь – и прямиком на кухню.
Показывая, что ее худшие опасения подтвердились, Изабо проплыла между такими низшими существами, как мы, и вошла в дом, когда-то принадлежавший ей.
Расположившись в самом удобном кресле в гостиной, Изабо настояла, чтобы все попробовали шампанское, затем усадила близнецов на колени и завела с ними долгий разговор. Их беседу прервал звонок мобильника.
– Oui?[7] – произнесла Изабо, вытаскивая ярко-красный мобильник из винтажного клатча с ручкой в виде гончей, сделанной из бакелита.
Маркус подобрался ближе, чтобы слышать слова, произносимые Фрейей в далеком Париже. Нам, теплокровным, этот разговор больше напоминал затянувшееся молчание.
– Замечательные новости, – улыбнулась Изабо. – Меньшего я от Фиби и не ожидала.
Лицо Мэтью немного расслабилось. Маркус испустил радостный возглас.
– Би-Би! – пропела Бекка, переиначивая на свой лад имя Фиби.
– А она хорошо питается? – Изабо замолчала, выслушивая ответ Фрейи. – Персефона? Hein[8], мне никогда не нравилась эта девица и ее бесконечные жалобы.
Я сощурилась, чувствуя, что в недалеком будущем нам с Изабо нужно обстоятельно поговорить о мифологии. Может, она знает, каких размеров достигает взрослый грифон и сколько он весит.
– Фиби спрашивала обо мне? – желал знать Маркус.
Длинный ноготь Изабо предостерегающе уткнулся в грудь внука. Я видела тот же ноготь, вонзавшийся в сердце вампира. Маркус застыл.
– Можешь передать Фиби, что Маркус пребывает в отменном здравии и мы постоянно ищем, чем бы его занять, пока нам ее не вернут. – Изабо говорила о Фиби, словно та была книгой, которую Фрейя одолжила почитать. – Тогда до воскресенья. – Изабо отключилась.
– Целых два дня! – застонал Маркус. – Сомневаюсь, что я их выдержу.
– Тебе повезло, Маркус, что это происходит в эпоху мобильной связи. Смею тебя уверить, когда была создана Луиза, новости из Антиохии достигали Иерусалима только на третий день. – Изабо сурово посмотрела на внука. – Вместо того чтобы раскисать, жалея себя, навестил бы Рыцарей Лазаря. Их нынче так много. Все молодые и неопытные. Поиграл бы с ними.
– Во что, бабушка? Устроить им Крестовый поход на Святую землю? Соревнования по стрельбе из лука? Рыцарский турнир? – насмешливо спросил Маркус.
– Не говори глупостей, – поморщилась Изабо. – Терпеть не могу рыцарские турниры! Женщинам там вообще нечего делать. Только наряжаться и восторженно пялиться на скачущих всадников. Наверняка найдется страна, которую можно завоевать, или правительство, куда необходимо просочиться. Можно вывести на чистую воду какую-нибудь семейку злодеев. – У Изабо засверкали глаза.
– Однажды это уже привело к созданию Конгрегации. – Маркус предостерегающе поднял палец. – Вспомни, какими бедами это обернулось. Нет, бабуля, такие методы остались в прошлом.
– До чего ж тогда скучно быть рыцарем, – вздохнула Изабо. – Я бы не беспокоилась о бедах. Что бы мы ни делали, они сами находят нашу семью. В ближайшие дни непременно что-то случится. Так всегда бывало.
Мы с Мэтью переглянулись. Сара фыркнула и спросила:
– Диана еще не успела тебе рассказать про грифона?
В течение часа Аполлон восседал на руке Изабо, словно один из орлов императора Рудольфа. Хотя размеры грифона почти совпадали с орлиными, львиное туловище и задние ноги делали его тяжелее орла. Только вампир мог с таким изяществом удерживать его на руке. Сейчас Изабо напоминала средневековую знатную даму на соколиной охоте.
Бекка играм с грифоном предпочла сказки, которые ей поочередно читали Сара и Агата. Остальные присоединились к Изабо, чтобы полюбоваться редким зрелищем грифона в полете.
В другой руке Изабо держала мертвую мышь, на которую безотрывно смотрел грифон. Когда Изабо подняла руку, Аполлон вспорхнул и замер над головой Изабо. Изабо резко подбросила мышь вверх.
Нырнув вниз, Аполлон быстро поймал мышь, затем опустился на землю и положил добычу к ногам Изабо.
– Умница! – крикнул Филипп и от избытка чувств захлопал в ладоши.
Аполлон что-то проверещал в ответ.
– Так.
Филипп сумел понять сказанное грифоном, поднял мышь и со всей доступной ему силой бросил вверх. Полет был недолгим: мышь приземлилась в двух футах у него за спиной.
Аполлон послушно схватил мышь и снова принес Изабо.
– Мэтью, мне кажется, Аполлон страдает от недостатка упражнений. Его обязательно нужно отпускать в полет, иначе он начнет развлекаться самостоятельно. – Изабо, нагнувшись, подхватила мышь и перебросила через ров. – И результаты никому из вас не понравятся.
