– Нет. Мы существуем для того, чтобы нас обвинять, слава тебе Господи. И чем больше нас обвиняют, тем лучше. Я целиком «за». Но музыка существует, передается от поколения в поколение, передается одно и то же.
– Ну да, нот всего семь, бла-бла-бла.
– Нет, не в этом дело. Просто существует, скажем, в кельтском мире хорошие мелодии: как правило, каждые 20–30 лет пишется новый текст на эти мелодии и, соответственно, появляются новые песни. У Дилана большая часть его ранних песен построена именно на мелодике кельтского и такого переселенного в протестантскую Америку кельтского направления, ну, мелодика вся оттуда.
– Ну, вот Боба Дилана упомянули, я сразу попытался вспомнить, есть хоть одна песня, которую там можно про себя напевать или слушать в машине.
– Дилан потрясающий, он потрясающий мелодист, просто невероятный. Его совсем недооценивают.
– Нет, есть люди, которые его оценивают и оценивали.
– Их, в общем, да, но их миллиарды почти что, или много сотен миллионов.
– Ну, в случае с Бобом Диланом работает тезис Джона Леннона, который говорил, если в известной степени, конечно, он кокетничал, но он говорил, что музыка, говоря о музыке «Битлз», умерла после Гамбурга. Ну то есть еще до выпуска первой пластинки.
– Я думаю, что он кокетничал.
– Нет, ну имелось в виду, что был какой-то мальчишеский драйв, и тогда не думалось о деньгах, вообще ни о какой вот этой коммерческой составляющей. У «Аквариума» был вот какой-то такой слом, когда коммерческая составляющая стала играть роль, она не стала доминировать, но…
– Пока еще этого не случилось.
– То есть вы совершенно не думаете…
– Нет, просто мы вкладываем в музыку деньги свои собственные.
– Да?
– Или друзей, но зарабатывать мы на ней не зарабатываем. Мы живем за счет концертов только.
– Ну, вы живете за счет концертов, все равно, стало быть, вы зарабатываете на музыке.
– Да, да, да, иначе мы могли бы умереть с голоду, потому что иначе б нас никто не кормил. Ну а записи все, они пожирают деньги и все.
– Вот тот небольшой период, 89-й год, да, работы на Западе. Фактически вы же работали на Западе?
– Ну, я вам скажу – учился. Не работал, я учился.
– Ну, вы, во всяком случае, были внутри системы, настоящего большого шоу-биза.
– Ну, по счастью, был, на самом деле так, конечно, спорить не буду.
– В чем главное принципиальное отличие атмосферы западного музыкального бизнеса от нашего нынешнего, я не про советский?
– Я боюсь, что я российский шоу-бизнес не знаю и не имею информации достаточной о нем, чтобы его комментировать. Я бы не хотел его знать. Я боюсь, мне было бы печально.
– Ну, Борис Борисович, вы же гастролируете, вы же сами сказали. Значит, вы общаетесь с организаторами концертов.
– Не общаюсь. Для этого существует…
– Вы приезжаете в какой-то город, вам же говорят, куда надо ехать. Вы понимаете, за какие деньги вы туда едете.
– Нет, это я говорю, куда надо ехать. А за какие деньги, кстати, не знаю. Я оставляю все эти вопросы нашему директору, которому вполне доверяю. И он у нас этим занимается.
– Но я не допускаю мысли, что вы лукавите, я думаю, что вы просто что-то путаете.
– Нет, я не путаю, почему.
– Нет, ну какие-то вещи вы же очевидно путаете. Я помню вашу телевизионную заяву про то, что Цой и группа «Кино» выступала «перед бандитами». Хотя Виктор Цой погиб еще до того, как возникла собственно вот эта генерация бандитов, которые заказывают выступления музыкантов. Он не застал это время.
– Вы знаете, вы, к сожалению, не в курсе.
– Нет, я это просто слышал собственными ушами и видел собственными глазами на экране собственного телевизора.
– Нет, вы не в курсе о том, что было.
– Нет, я немножко в курсе, что было.
– Нет, они были, они были тогда, и все, и вся эта история…
– Нет, бандиты были, просто тогда группа «Кино» еще была не востребована бандитами, кстати, так же как и группа «Аквариум».
– Вы глубоко ошибаетесь, вы глубоко ошибаетесь. Вы просто, может быть, не помните, конец 80-х…
– То есть вы настаиваете, что группа «Кино» выступала перед бандитами?
– Я не настаиваю абсолютно ни на чем. Но если вы удосужитесь подробнее узнать историю тех времен, вы откроете для себя много нового.
– Да я жил в те времена, собственно.
– Но просто вы, может, не общались вот именно с этим сегментом жизни.
– Ну, я, как мне кажется, общался именно с этим сегментом жизни.
– Оставим этот сегмент. Я просто напомню одну простую вещь. Кто был менеджером группы «Кино»?
– Юрий Айзеншпис не был менеджером группы «Кино». Он был администратором, который заказывал им авиабилеты и гостиницы.
– Что такое менеджер? По-русски – администратор.
– А, ну, нет, это управляющий, наверное, все-таки.
– Администратор, занимающийся…
– Нет, в контексте шоу-бизнеса, ну сейчас мы с вами начинаем говорить про группу «Кино» и про Юру Айзеншписа, про людей, которые не могут вам ответить просто.
– Нет, мы знаем историю Юры Айзеншписа, да.
– Я не знаю, знаете ли вы историю. Я знаю историю Юрия Айзеншписа.
– Ну, я чуть-чуть был с ним знаком.
– Я очень хорошо был с ним знаком, да.
– Поэтому вы знаете, о чем я говорю.
– Я знаю, что вот здесь вы напутали…
– Я не напутал.
