«Что со мной? — думал Грамматикус. — В прошлый раз я легко нашел нужную улицу, а сейчас веду себя как дилетант. Это… это глупо».
В поисках знакомых ориентиров он прошел еще две улицы. Появилось ощущение, что Курнаул находится гораздо дальше, чем он привык считать. Что-то отвлекало Джона.
Повинуясь инстинкту, он одним движением сунул руку в мешочек с минеральными солями, висевший на поясе, и сомкнул пальцы на мемосемени, спрятанном в солях. Семя в маленьком серебристом зажиме было размером с горошину. Джон получил его от Гахета. Это какого-то ксенодерева с одного из миров, из зоны влияния Кабала. Если оно теплело, значит, рядом наличествовала психическая активность.
Грамматикус взглянул на него. В его руках семя всегда теплело, реагируя на его способности, но в этот раз оно было горячим, словно тлеющий уголь.
Джон понял, что он в опасности. Семя буквально кричало предупреждая, что
— Д'сал? Д'сал Хулта?
Грамматикус оглянулся и увидел полного торговца, махавшего ему. Тот стоял со своими коллегами, но, увидев Грамматикуса, поспешил к нему. Джон быстро спрятал семя.
«Как его зовут? Его имя? Ты же встречал его раньше».
— Д'сал, мой друг! — Торговец сделал жест всесолнечного света и поклонился. — Последние пару дней я тебя не видел на рынке. Что по поводу той сделки, которую мы обсуждали в прошлый раз? Тебе доставили?
«Х'дек. Его зовут X'дек Рутун».
— Х'дек, мой друг. Мне больно это говорить, но мой поставщик… Скажем так, он брал больше, чем давал. В общем, я не смогу совершить ту сделку. Я извиняюсь.
Х'дек махнул пухлой рукой:
— А, не волнуйся. Я понимаю. Сейчас сложные времена осады наших земель чужаками. Такие вещи случаются.
Х'дек снова взглянул на Грамматикуса.
— У тебя же есть моя генная печать? Да? Отлично, надеюсь, мы сможем вести дела в будущем!
— Я в твоем распоряжении, Х'дек, — пробормотал Джон и добавил жест полной луны, означавший, что он закончил разговор.
Он зашагал дальше по улице, чувствуя себя все так же неуютно. Он старался выйти на площадь, где было попросторнее, надеясь, что свободное место освежит голову и даст возможность найти источник психической активности, которую обнаружило семя.
Грамматикус остановился и медленно поднял взгляд.
Он стоял перед Па'хель Аван Нуртом, огромным храмом Мон-Ло. Высоко над ним, на фронтоне храма, находилась фреска, изображающая ипостаси Изначального Уничтожителя: бойня, экстаз, тлен и мутации, которые складывались в огромный и жуткий единый символ.
Где же он сделал неверный поворот? Этот храм был последним местом в городе, которое он посетил бы добровольно.
Символ, казалось, пульсировал и резал глаза. Солнечный свет стал неимоверно ярким, все вокруг гудело. Во время предыдущего визита такого не было. Словно город углядел в нем шпиона и превратился в лабиринт, ведущий в ловушку. Кто-то или что-то играло с ним.
Почувствовав рвотные позывы, Джон спешно убрался подальше от храма, в переулок, где его вырвало. Он еле успел убрать с лица платок.
Грамматикус упал на колени, дрожа и отплевываясь.
Тут он заметил две фигуры, двух людей, секунду назад казавшихся тенью, идущих по переулку. Они не торопились, но двигались уверенно, явно направляясь к нему. Джон встал на ноги и ретировался в противоположную сторону.
Еще трое закрыли собой другой конец длинного переулка. Кто они? Стражи порядка? Эхвенурты? Слишком рьяные последователи Па'хель Аван?
В переулке было несколько ответвлений. Грамматикус завернул в первое попавшееся и побежал, как только понял, что пропал из поля зрения преследователей. Несколькими секундами позже он осознал, что попал в тупик, зажатый высокими стенами домов. Послышались шаги. Все двери оказались заперты, кроме одной тяжелой, из крашеного дерева, с изображенными на ней зелеными переплетающимися рептилиями. Грамматикус приоткрыл ворота и нырнул в темноту помещения за ними. Закрыв за собой створки, он принялся ждать, прислушиваясь к шагам на улице.
Огромная закованная в сталь рука, появившаяся из темноты, схватила Джона за горло и прижала к стене. Грамматикус задыхался, не касаясь ногами земли. Рука еще сильнее надавила на его горло, вжав в стену.
— Подозреваю, что ты меня ищешь, Джон Грамматикус? — послышался голос из темноты.
Он знал его имя.
— Во-возможно, — прохрипел Джон, — однако это м-может за-зависеть от того, кто вы.
— Кто я? Ты знаешь, кто я, вероломный ублюдок! Я Альфарий.
Кровь отхлынула от лица Грамматикуса, он чувствовал, что сейчас потеряет сознание.
«Отпусти меня», — отчаянно думал он.
Рука разжалась, и Джон упал на плиточный пол. Ошеломленный и раненый, он все же заставил свой разум работать быстро. Глаза уже привыкли к холодному сумраку зала.
Он увидел огромную тень и красные огоньки визора, но прочитать мысли не сумел. Что-то мешало. Однако его настойчивые команды выполнялись.
«Отойди на шаг назад и не трогай оружие».
Гигант отступил на шаг.
— Прекрати внушать ему, что делать! — прорычал другой голос.
