В комнате находился кто-то еще. Грамматикус заметил вторую фигуру, как будто в балахоне, но понять и проникнуть в сознание незнакомца не мог. Джон попытался подняться, но пронзительный визг внезапно пронзил его мозг. Боль мгновенно заполнила всю нервную систему. Джон отшатнулся.
— Он хорош. Сильный и хорошо защищен, — произнесла фигура в капюшоне.
— Слишком для тебя? — спросила гигантская тень.
— Нет.
— Тогда действуй.
Визг усилился. Грамматикус задергался в конвульсиях.
— Мы сейчас немного пообщаемся, Джон. — Тень наклонилась к нему. — Мне нужна от тебя правда. Или ты поможешь мне, или я размажу твои мозги по стенке. Ясно?
Грамматикус кивнул. Боль была невероятной. Из носа потекла кровь.
— Отлично. Когда Шир отпустит тебя, не пытайся выкинуть какой-нибудь фокус. Ты меня понимаешь?
— Да, — прохрипел Джон.
— Отпусти его, — скомандовал Астартес.
Визг пропал, забрав с собой и боль. Грамматикус упал и закашлялся.
— Свет, — приказал гигант.
Небольшое колебание воздуха, и несколько дюжин свечей мгновенно вспыхнули мягким желтым светом. Комната оказалась гостиной с типичным нуртийским интерьером и мозаичными стенами. Присутствовали гигант в броне и человек в черном балахоне, лица которого Грамматикус не видел, хотя человек не закрывал его ни маской, ни капюшоном.
— Тебя зовут Джон Грамматикус?
— Если пожелаете.
— Я могу попросить Шира начать снова.
Грамматикус затряс головой, разбрызгивая кровь.
— Да, меня зовут Джон Грамматикус. Вы и так это знаете.
— Посмотри на меня.
Грамматикус посмотрел. Колосс носил металлокерамическую броню Имперских Астартес ярко-фиолетового цвета с серебряной окантовкой и зеленой эмблемой на наплечниках. Шлем был самой последней модели. Визор излучал ровный красный свет. Слева от Астартес стояла маленькая фигура человека с неясным лицом.
— На меня, — произнес десантник. — Смотри на меня, а не на моего псайкера.
— Я… — начал Джон.
— Тихо. Ты будешь говорить не то, что захочешь, а то, что я хочу знать.
Грамматикус кивнул.
— Ты ищешь меня. Поэтому ты пришел в этот город снова. Ты знал, что я буду здесь.
Снова кивок.
— Откуда ты узнал об этом?
— Мы пригласили вас сюда.
— Кто это «мы»? О чем ты говоришь?
— Кабал.
Астартес повернулся к псайкеру.
— Еще раз.
Мозг Грамматикуса вновь прорезал вопль.
— Что такое Кабал? — спросил десантник.
Грамматикус застонал.
— Я… не знаю… они вечны и они… они…
— Может, мне стоит просто пристрелить тебя.
— Кабал… Кабал — это единственная надежда! — прокричал Джон.
— Продолжай.
— Пожалуйста!
— Хватит, Шир, — приказал гигант.
Визг снова затих.
— Чья единственная надежда? — задал вопрос Астартес.
— Моя. Ваша. Всего человечества, — вздохнул Грамматикус.
— Ты имеешь в виду Империум?
Джон потряс головой:
— Смотрите шире. Я говорю про всю расу людей.
— Империум и есть вся человеческая раса.
— Вы ведь не верите мне, правда? Миры, виденные вами, миры, которые вы должны были привести к Согласию… Миры, подобные этому, всего лишь ответвления человеческой культуры, потерявшие и забывшие свои корни. Человечество гораздо разнообразнее чем воинственное племя, покинувшее Терру, дабы выполнить замыслы Императора.
Астартес достал болтер, Грамматикус даже не заметил, как это произошло. В одно мгновение огромное оружие, висевшее на поясе воина, оказалось нацеленным в голову Джона.
— Ты сумасшедший? — спросил десантник. — Или слепой? Взгляни на меня, я воин Астартес, поклявшийся служить Императору. Почему ты говоришь слова, так опасно близкие к измене?
— Мне жаль, если это так прозвучало. Не имел в виду ничего неуважительного.
Болтер не опускался.
— Ты сказал, что твой Кабал пригласил нас сюда. Объясни.
— Кабал полагает, что из всех Легионов Астартес лишь Легион Альфа правильно воспримет его сообщение.
— Почему?
— Клянусь, сэр, я не знаю. Я лишь посредник. Кабал хотел вовлечь Легион Альфа в войну на Нурте, чтобы вы сами все увидели.
— Увидели что, Джон?
Грамматикус выпрямился и взглянул прямо в дуло направленного на него болтера.
— Настоящую угрозу. Не нуртийцев, но Изначального Уничтожителя, которому они служат.
Десантник медленно опустил оружие.
— Ты говоришь про их магию?
— Это не… — начал Джон. — Могу я встать сэр? Пол холодный.
Кивок головы в шлеме. Грамматикус встал на ноги, но Астартес все еще возвышался над ним.
— Это не магия. Не какой-то причудливый фокус. Это проявление ужасающей мощи, погружающей Вселенную во тьму.
— Хаос, — произнес десантник. — Если это то, что мы должны были увидеть, то твои хозяева старались напрасно. Мы уже знаем о Хаосе. Он упоминается в списке опасностей, исходящих от ксеносов.
Грамматикус грустно покачал головой.
— Простейшее название для этого — Хаос. Если вы занесли Хаос в список ксеногенных опасностей, то вы знаете о нем столько же, сколько ребенок знает об окружающем мире. Он всегда был и всегда будет, по сравнению с ним все — Империум, планы Императора, человечество — ничто. Если ничего не сделать, он будет отравлять Галактику. Подпитываемый энергией разрушения, он погубит все. Кабал хотел, чтобы вы увидели это своими глазами и отнеслись к этому со всей серьезностью.
Джон сделал паузу.
