Содержание метаморфов-призванных обходилось дорого. Кроме того, что Шии-то требовало энергию всякий раз преобразуя тело, постоянное поглощение эссенции жизни печатью призыва тоже не отличалось экономностью. Это и было основной причиной плачевного состояния Осмельда, когда охотники скрывались в Западном Бреуде. Пока парень находился под наркозом, Шии-то продолжало тянуть из него эссенцию жизни. В одной из бесед о метаморфах Осмельд высказал свое удивление тем, что его энергии и вовсе хватило, чтобы продержаться так долго. Он уж точно не мог накапливать эссенцию жизни так же, как Къярт, тем более в таких количествах. Учитывая это, вставал логичный вопрос: как некроманты вообще собирались использовать метаморфов, если даже один, действительно способный что-либо сделать, требовал от призвавшего его так много?
Къярт и сам сомневался, что сможет справиться с этой задачей. С одним Шии-то и тем объемом энергии, которым он владел, не было необходимости задумываться о тратах. Но когда счет пойдет на десятки и сотни…
Размышляя над этим, он раз за разом приходил к неутешительной мысли, что без поглощения энергии исполинов или же энергии душ — что, впрочем, являлось одним и тем же — ему долго не продержаться.
Они отправились в крипту с рассветом. Солнце поднималось поздно, но слоняться по улицам в темноте, еще и в компании сбежавшего «ручного» некроманта и бывших заключенных Тхаутского рудника, рискуя привлечь внимание стражи, Райз наотрез отказался.
Спуск к основанию горы занял почти час. Еще час ушел на поиски спрятанного за скалами входа в пещеру, который ни сверху не заметить, ни уж тем более не наткнуться на него случайно: мало того, что входом оказался узкий горизонтальный лаз, так еще и засыпанный снегом.
— Ты уверен, что нам туда? — Райз со скептицизмом смотрел на Осмельда, пока тот ползал на четвереньках и шарил в расселине рукой.
— Да, — выдохнул парень и продемонстрировал свой улов — пыльную, изъеденную ржавчиной брошь в форме цветка. — Крипта в конце прохода.
Судя по каменным, побитым изморозью глыбам, когда-то путь был шире. Но от времени — или же от человеческого вмешательства — свод обрушился, и остался только промозглый туннель, местами настолько узкий, что протиснуться можно было только боком.
Спустя полчаса дорогу преградила скала. Прикосновение порезанной ладони Осмельда — и камень, так же, как в сокровищнице Инаэор, начал осыпаться. Из открывающегося прохода потянуло затхлостью.
За превратившейся в пыль стеной показалось начало пещеры. Свет масляных ламп выхватил из темноты ряды плоских камней, на которых стояли стеклянные кубы. Внутри лежали кости: черепа различных форм, конечности, костяные пластины — все, что тысячелетие назад смогли собрать и принести некроманты, дабы сберечь одно из универсальных орудий Орды.
— Это все метаморфы? — спросил Къярт, осматривая один из кубов.
Внутри лежало нечто, похожее на обломок реберной кости. Или же клыка.
— Да. Все до последнего.
— Больше здесь нет ничего полезного? — голос Райза эхом зазвучал под сводом.
— Полезного для кого? — без особого воодушевления поинтересовался Осмельд. — В каждой крипте должны быть кристаллы с эссенцией жизни. Ее хватит на первое время, чтобы питать печати. Но затем придется искать другой источник. Не думаю, что метаморфов вообще планировали использовать для долгих призывов. Скорее для того, чтобы нанести один сокрушающий удар и сразу отпустить.
И снова Къярт почувствовал на себе настороженный взгляд Осмельда и охотников. Они смотрели на него едва ли не так же, как в свое время Кара. Подумать только: эти четверо считали его куда большим злом, чем Предтечу, и злом не в контексте их собственных жизней, но в контексте всего общества. Охотники до сих пор не знали, с какой именно целью он собирается поднимать метаморфов, а Райз по-прежнему не считал необходимым им это объяснять. И с каждым днем их догадки, а вместе с тем и взгляды, приобретали все более мрачный оттенок.
Осмельд поставил один из кубов с костью на пол, и свет лампы в руке приблизившегося Офрена отразился на гранях кристалла, что покоился в выдолбленной в камне нише.
— Вот. Как я и говорил, — тихо произнес Осмельд. — Какой приказ мне исполнить следующим? — в его голосе послышались бунтарские нотки.
Къярт покосился на Райза. Вряд ли тот собирался спускать всех собак на решившего ощериться подростка, но зная его любовь к радикальному решению вопросов…
— Понравилось быть послушным мальчиком? — Райз усмехнулся. — Что ж, дальше тебе придется проверить, так ли хороши изыскания твоего предка. Нужно убедиться, что проклятие не сработает.
В повисшей тишине Вильма заговорила первой:
— Ты хочешь, чтобы он призвал одно из этих чудовищ? А если печать не поможет…
— Тогда парня в расход, — зло вставил Хаук. — Чего ему париться, не его же пацан.
— Помолчите, — одернул их Под и посмотрел на Райза, ожидая объяснений.
— Если печать не сработает, мы разрушим метку-привязку, — ответил тот.
— Это не поможет, — возразил Осмельд. — Скорее всего нет. По правде сказать, я не знаю наверняка.
