— Было бы интересно разузнать как можно больше, но это, надо полагать, небезопасно, — сказал Дикстер. — Оставайся на месте, пока мы не узнаем хотя бы на крупицу больше о том, что может случиться в дальнейшем, — добавил он после некоторого раздумья. — Мы можем в любой момент снова вступить в контакт с ними.
— Конечно, сэр, — пожал плечами Таск, словно речь шла о сущем пустяке.
— Прежде всего узнай, существуют ли контакты между ними и Линком. Узнай, не совпадают ли полученные им приглашение, координаты и указание времени прибытия с твоими. Далее — свяжись с кем-нибудь еще из нашего старого отряда. Выясни, не принял ли кто-то из них подобного предложения и не вступил ли в «Легион Призраков». Я тоже кое-что проверю. Обо всем, что узнаешь, сообщай мне. Имей в виду: ни мне, ни Его величеству ничего об этом деле не известно. Ты действуешь якобы только на свой страх и риск.
— Да, сэр. Какие еще будут указания?
— Пожалуй, никаких. Кажется, мы обговаривали все необходимое.
— Извините, сэр, что отнимаю у вас время, я знаю, вы очень заняты, еще раз извините, но как там Дайен? Его величество, конечно…
— Превосходно, Таск. Сегодня утром я был у него, доложил ему о тебе и твоих делах, а он передал привет тебе и Ноле с малышом.
— В самом деле? — просиял Таск. — Спасибо. Когда сможете, передайте ему от нас самые лучшие пожелания.
Дикстер изо всех сил старался не улыбнуться.
— Передам, Таск, обязательно. Сообщай мне обо всем, что узнаешь. Конец связи.
Изображение исчезло.
— Он выглядит усталым, — сказал Таск.
— Сколько мы его знаем, он всегда выглядел усталым, — отозвался Икс-Джей.
— Интересно, какие у него намерения? Чего он не договаривает? Опасно, он говорит, но в чем опасность — не сказал. И самого короля втянул в это дело. Да, теперь не то, что раньше. Тогда Дикстер сказал бы нам обо всем, ничего бы от нас не утаил.
— Наверное, это был какой-то другой Дикстер, которого я не знал, — возразил Икс-Джей. — Я помню того Дикстера, который то и дело командовал «Огонь!» — и мы стреляли. Или в нас стреляли. И мы никогда не спрашивали «зачем» или «до каких пор». Ты стареешь и становишься сентиментальным.
Старый и сентиментальный. Крошки печенья. Маленький мальчик, шоколадно-смуглое личико на груди у Нолы. Ее большой живот. Двойня.
Огонь. Стреляем мы. Стреляют в нас. Боль. Взрыв. Ослепительная вспышка. И снова боль…
— Я говорю, не разбудить ли Линка? — громко — уже во второй раз — спросил компьютер.
Таск слегка всполошился:
— Да, конечно, и немедленно. Узнай, сколько денег потерял он прошлой ночью. И не надейся, что он сам скажет тебе правду.
Икс-Джей энергично взялся за дело. За спиной у себя Таск услышал жужжанье переговорного устройства, а потом невнятный — спросонья — голос Линка:
— А? Что? Который час?
И в ответ — сердитое фырканье компьютера.
Таск сидел, скрестив на груди руки и уставясь на пустой телеэкран. Разговор, который вели между собой на повышенных тонах Линк и компьютер, проникал в его сознание не больше, чем монотонный шум, похожий на привычное гудение мотора во время долгого полета. Да Таск и не прислушивался к этой перепалке. Икс-Джею пришлось обратиться к Таску дважды или даже трижды, прежде чем тот уразумел, что компьютер, так сказать, вернулся.
Таск перевел взгляд на ящик с обезьяньей мордой, бывший не чем иным, как компьютером Икс-Джей.
— Ты что-то сказал?
— Сказал, что ты рад тому, что Дикстер снял тебя с крючка.
— Рад? — повторил Таск, не вполне понимая, о чем речь.
— Ты рад, что Дикстер не послал тебя на это дело. Я слышал, как ты вздохнул. И не говори, что это был вздох сожаления. Мне лучше знать.
Таск почувствовал боль в нижней части позвоночника. Боль поползла вверх по спине. Забилось сердце, участилось дыхание. Таск весь покрылся испариной. Он приложил руку к груди. Рука дрожала, ощущая плотное углубление там, где был шрам. Для него это всегда оказывалось неожиданностью — ощутить прочную кость вместо мякоти, взглянуть на собственную руку и не увидеть крови на ней.
Он немного помнил о том, как послушники Абдиэля, ловца душ, ранили его, о том, как Крис принес его обратно на борт космоплана и как Дайен исцелил его в какой-то церкви, которая теперь зовется Церковью истинного чуда. Таск немного помнил обо всем этом, но что-то с тех пор навсегда запало ему в душу и ночами, во сне, напоминало о себе.
Он резко встал и схватил свой летный комбинезон, надел его, хотя на послеполуденном солнце было все еще изнурительно жарко. Стоял такой зной, что можно было бы изжарить яичницу на металлическом капоте джипа. И в то же время Таска трясло, как в холодном ознобе.
— Куда ты? — спросил Икс-Джей. — У нас есть дела.
— Я и собираюсь ими заняться. Пойду к Линку.
Икс-Джей сердито зажужжал:
— Ты с таким же успехом можешь заложить за воротник здесь, никуда не отлучаясь.
Таск остановился, скрежеща зубами и пытаясь унять дрожь. Он не был уверен, что сумеет одолеть приставную лестницу.
