В мире просто обязано существовать бессмертие. Не обязательно тот бог, высший разум, что-то такое всемогущее и повелевающее. И не обязательно нужно бессмертие каждого человека, все эти древние старикашки, засоряющие мироздание своими одрябшими, целлюлитными душами, мешающие обновлению, как считают некоторые. Нет, я не об этом. Но настоящее Время существует только тогда, когда есть ощущение бесконечной связи временнЫх пространств. Это трудно объяснить, но я попытаюсь, потому что в этом как раз суть истинной некромантии, а истинная некромантия - есть один из величайших разделов магии. Суть истинного Времени - это возможность свободно перемещаться в пространстве памяти, скользить в нём, охватывая и выхватывая, сравнивая, пробуя на вкус древнее и новое, и будущее. Это незримое путешествие... Доступное тем более, чем больше вы накопили внутри себя временнЫх пластов. Человеческая жизнь ничтожна, даже эти семьдесят, или даже сто лет - нам мало, нам бесконечно мало, и вовсе не для того, чтобы получать удовольствия, вкушать сочные, сладкие плоды или обнимать красавиц - это глупости, поверьте. Истинная мощь Разума - в возможности играть слоями пространства-времени, вызывать их из небытия, трогать их - пальцами, языком, вдыхать давно утраченные ароматы, сопоставлять великое и малое, быстротечное и неизменное... юность и старость. Не власть, о, конечно не власть, что такое ничтожная власть направлять движение народов по сравнению с властью наблюдать неизменность и переменчивость самого Времени?!
И тут дело даже не в том, что нам, некромантам, нужно личное бессмертие во времени. Нам, по большому счёту, нужно соприкосновение с тем глубинным, жутким, первозданным - Дном Океана Времён, в которое опускаются души и память, времена и течения. Каждое малое и краткосрочное, умирая, будет опускаться ниже, в холодную тьму, уплотняясь и образуя всё более крепкую подложку истинного Времени, "мантию" самого мироздания, её теневую реальность. Там остаются следы того, что свершалось миллионы лет назад. Эти следы, превращаются в плотную, бесконечную и вечную ткань, Чем выше, тем она тоньше и обрывчатей, там она составлена живыми и трепетными душами, осознающими себя. Когда они умирают, они засыпают, забываются, но не исчезают из мироздания, а оседают в основу ткани. Эта ткань не жива, не осознающа, но она хранит нечто, такое же важное для мироздания, как все эти ваши бозоны, мезоны и прочая аппаратура... Она не проснётся, покуда её не тронут чуткие пальца очередного Мастера, способного пробежать по её нитям в Прошлое и Будущее... Тогда все древние сознания оживают и рассказывают свои истории, тогда все эпохи сменяются под ногами путешествующего, как холмы проступают за очередным слоем горизонта - было бы желание идти - а оно будет, потому что ступив на эту дорогу...
Все мы, умирая, будем уходить в эти холмы, на эту глубину, в эту бездну, составляя её основание, чем дальше, тем более огромное, плотное, тайное и могучее. Мы будем самим Временем, его сутью. А новые создания будут вызывать нас к жизни, питая нас и отдавая нам себя, давая Времени то, без чего оно не имеет смысла - границы и движение.
Огромная магия позднего времени Года, конца декабря, времени ожидания чего-то невероятно дивного и могучего... Сейчас я почти каждый день чувствую её, прикасаюсь к её отголоскам. Я чувствую каждый день, который каждый день всё сильнее и сильнее, каждый новый день приближает - но это, конечно, только слабые отголоски в памяти того, что было много-много лет назад, потому что сейчас это только память. В ней есть свои преимущества - это Власть. Тогда, в немыслимые времена, это была сила, но не было власти. Тогда сила была во мне, кипела и бурлила, но контролировать её я не мог, я просто жил ею. Сейчас во мне нет этой силы, зато я могу по своему желанию прикоснуться к той или иной чешуйке памяти... Плохо лишь, что они такие ветхие. Они похожи на крылья бабочек, они похожи на снежинки, они похожи на радуги.
Огромные слепые рыбы поднимаются из глубины, светящиеся и страшные, их шишковатые морды тычутся в темноту снов. Пятисотметровые кракены, волочащие свои бесконечные тулова, океанские гады, слушающие глухой рокот бездны...
День - время жизни, ночь - пространство памяти.
Но для магии мне не хватает кое-чего. Не хватает запахов. Они будоражат сильнее всего, их трудно воспроизвести, описать. Трудно показать в движении. Трудно рассказать само то утро, которое каждый раз сменяло дивное праздничное возбуждение второй половины декабря.
Для него не хватает морозной свежести, пожалуй, и ещё многих элементов. Тогда в Доме постоянно ходили Люди. Наплывали запахи. Сейчас мне приходится экономить тепло, поэтому главный запах в доме - это запах угля и сажи. Запах неподвижности.
