Стих весь шум — как будто затаила дыхание сама земля.
— Они как мы. Пришли тысячу лет назад, и растворились среди нас. Их преследовали ваххи — единственная раса, которая видит суть… Но люди не поняли ваххов, и приняли братьев. Они растворились, соединились и расплодились…
Мир слушал. Мир внимал и не перебивал…
— Их можно узнать. По дикой ненависти к людям… Ко всему, что пахнет душой. Ко всему — что отдает сердцем и чувствами… Они чаще политики. Президенты. Депутаты. Сенаторы… Стремятся руководить и навязать разумность. Больше всех кричат на форумах — с особой злобой издеваясь над всем, что хоть немного отдает добротой и нежностью… Громче всех кричат в конгрессах и думах, продвигая эволюцию по своему пути… Ваххи их назвали мордохами. В моем мире, в старые времена — просто и кратко, — нежитью… Что в переводе с древнеславянского — 'без души'…
Зачем? — немой крик народа, мира, самой земли…
Почему? — все люди внизу, воины на террасе за спиной…
'Остановись. Последний шаг…' Кто это говорит, разум? Разум тоже дан богом…
'И поднимется черное море, и волны сомкнутся над тем, что вопреки жизни… Откроется истина с высоты, и голос бога умрет — чтобы возродить…' — пророчество Ошлу больше ста лет назад.
Это происходит сейчас?
Мир не дышал. Мир смотрел. Почему? — выдох тысяч глаз. — За что ненависть? Зачем пришли?
— Потому что мы — боги… — сказал Сергей. Прямо в этот океан. Прямо в тысячи глаз… — Мы — единственная раса во вселенной, где Бог разделил себя на миллиарды частей — и соединился с каждым из нас. Подарив возможность творить. В этом — главное наследие предков. В этом — забытая вера и суть… Мы рождаемся и приходим в этот мир — каждый раз, снова и снова, со своей бессмертной душой. Для того, чтобы получить очередной урок и пройти путь до конца — к осознанию. Каждый — в свое время…
Тысячи неподвижных глаз, тысячи микрофонов…
— В свое время — каждого из нас ждет целый свой мир. Когда душа взрастет настолько высоко — что готова шагнуть за порог реальности. Мы боги — сейчас, в своем окружении. Вы можете делать свою жизнь уже сегодня. И мы Боги — целых миров в будущем. Вот чего не могли позволить мордохи… Сжигая ненавистью то, что никогда не имели сами…
Тихо вздохнул чадящий дворец. Замигали бесчисленные лампочки, загудели приборы… Истек час энтропии. 'Ваше высочество! — пришел в себя один из офицеров на террасе, с беспокойством оглядывая небо и необъятное поле под ногами. — Лучше уйти…'
Сергей вдыхал этот воздух. Наслаждаясь спокойным сердцем и стремительно разжимающимися тисками в голове… Душа трепетала — конец. Он все-таки дошел…
— Ваше высочество… — присоединились к просьбе остальные. — На орбите целая свора…
Но удар пришел не с орбиты. Удар пришел из-за спины. От скорченного лица, отупевшего от злобы и ненависти — скрытая комната в личном кабинете… Он почувствовал этот полет пули — будто снова секунды растянулись в минуты…
'…И голос бога умрет — чтобы возродить…'
Пророки гибли не для того, чтобы подчеркивать значимость. Они уходили, потому как готовы ступить выше…Вспышка яркого света и небесной синевы. Никогда больше не будет боли…
Легкое тело сорвалось с высоты и закружилось вниз, перед изумленным выдохом тысяч глаз. Перед онемевшим взором тысяч душ. Перед замершим непониманием океана людей…
Он почему-то не видел прожитую жизнь, не проносились кадры пройденных дней… Он сам не знал — что хотелось ему самому, что просилось тихим всплеском в душе… Перед глазами легким взмахом летела фата, трепетало белое платье невесты, нежно звучал свадебный марш — и заливалась радостным криком дети…
Часть вторая
Деверра
1
Зверь дышал. И видел…
Гигантский спрут, раскинувший щупальца по всем городам и мирам, знал… Утробно урчал, перекатывая в своих недрах миллиарды жидких сгустков — ворчал, содрогался и поглощал… И видел. Миллионами глаз. Наблюдал, с глухой ненавистью — целые волны ненависти пробегали по щупальцам, — он чувствовал…
Ты меня видишь. Ты знаешь, что я здесь…
Жар, как настоящий огонь. Мир пучится и взрывается, яркими вспышками пламени… Густой дым расползается и забирается в нос, слоем наждачной пыли першит в горле…
Сергей открыл глаза. Сознание с трудом возвращалось в реальность — дым, много дыма… В голове тупо гудели и ворочались неподъемные мысли — муть, смог самого мирозданья… Выхлоп чадящей вселенной… Туман неподвластного бытия… Облака разрушения и хаоса…
Трудно дышать — и в горле точно наждачная бумага…
Попробовал приподнять голову — тяжело, но с трудом удалось. Небольшое помещение, лежак — матовые стены и потолок… И дым… Сознание еще не способно задавать вопросы, не способно выдавать ответы, не способно на концентрацию — но способно осознавать опасность…
