Сергей нахмурился и откинул со лба волосы — не зевай. Вкрапления сланца, слюды, кварца, графита — ерунда, — не пропустить мелкие, еле заметные искорки лидия. Определить, отобрать, зачистить, замерить — и на другую ленту. Эта штука в чистом весе круче золота. И ни один спектр-анализатор не справляется с подобным лучше человека…
Черная пыль забивает нос и хрустит на зубах, несмотря на респиратор и отсос. Пальцы под силиконом потрескались и набухли — Сергей в миллионный раз проклял свои слабенькие плечи и тонкие руки. В цехе пара десятков человек — совершенно разных людей, мужчин и женщин, молодых и постарше — противный зуд давит на уши. Дальше — очистка, где кислотами вываривалась слюда, вытравливался графит и прочий лишний нанос. Потом выплавка и сплавка, при необозримой температуре. Большой комплекс — но совсем немного людей, по земным меркам. Хотя — он еще плохо знал другие здания и отделения…
'Все нормально?' — за спиной снова оказался Глох.
'Было, — буркнул в ответ Сергей. — Пока ты не пришел…'
Глох был помощником начальника — что-то вроде бригадира. Или мастера смены. Долговязый верзила с вздернутым носом. Глухо убежденный, что вся прекрасная половина человечества сходит по нему с ума. Возможно, так оно и было — Сергей нередко удивлялся затаенным взглядам других девчонок, — что-то внутри начало угадывать подобные тонкости. Но лично его это невероятно раздражало.
Курносый бригадир положил на него взгляд с первого дня. И с самого первого дня никак не хотел принять простейшую истину — стоп. Не твой вариант. Полный разворот — ничего не получится, вне зоны притяжения. Но верзила никогда не слышал про 'полный разворот' — и ни один день не обходился без его назойливого внимания.
Сергей изо всех сил старался не привлекать к себе внимания — даже обедал в просторном рабочем комбинезоне. Немытые волосы собраны в конский хвост, голова втянута в плечи, на лице — следы от грязных перчаток. Все вечера не выходил из своей комнаты, больше из-за усталости.
В первый вечер новые 'соратники по труду' пригласили его в местный 'клуб-бар', но он даже не хотел думать — короткая юбка, внимание ребят, сальные шутки… Когда-то он сам был таким. Тысячу лет назад.
Все отстали. Глох не отстал. Через пару дней в пьяном угаре занял позицию возле дверей комнаты, и полчаса изводил тупыми намеками, пытаясь прорваться внутрь. Идиотизм прекратила Олла — открыла дверь и сверкнула глазами, — кретин сразу ретировался. Оллу побаивались…
Олла — вообще странная девушка. Соседка по комнате. Первое время Сергей опасался женских новшеств в своих буднях — болтовни о парнях, нарядах и невыносимых стервах, открытого нижнего белья, платьев и тряпок. Но все оказалось проще. Олла была на удивление замкнутой и неразговорчивой, и весь вечер не вылезала из своего компьютера — над ее постелью вечно мелькали какие-то картинки и тексты. Олла крутилась в каких-то далеких кругах, и меркантильность мелкого мира ее не интересовала. Ее вообще мало что интересовало. Какие-то организации, общества, сообщества — борцы за справедливость и несправедливость, с властью и анархией, какие-то протесты — что-то совершенно далекое для местных условий и серого быта.
Сергей и не пытался понять — у него с избытком своих непониманий. Его соседку уважают? — он только 'за'. Пускай у нее странные связи, и еще более странные знакомые. Но даже со всеми своим странностями она вряд ли когда доберется до высот странностей Сергея…
Или не высот. А глубины низа.
Однажды она полностью уничтожила даже крохотные ростки самооценки Сергея. Просто вырвала с корнями и выбросила в мусор. Со всей свойственной прямотой… Он просто спросил ее об ашерах. И о принцессе Элите. Со своими обществами и протестами она должна была разбираться лучше всех. Она и разбиралась…
Не моргнув глазом, популярно объяснила — нет никакой Элиты. Нет! Он остолбенел: 'Но в новостях…'
Новости — для тупой серой массы, такой как Сергей. Которые верят всей болтовне, падающей на головы — да еще радостно раскрывают рты, дабы заглотить побольше. Любой мыслящий человек — тем более ашеры, — знают: 'Чушь!'. Это не принцесса. Это выскочка. Подстава короля Дагона. Пускай даже ее и притащили с далекого мира…
Сергей раскрыл рот. А она спокойно, как маленькому, объяснила на пальцах: все что он видел и слышал — пропаганда королевской семьи. Принцессы не привозятся издалека. И не насаживаются насильно, без участия всех заинтересованных сторон. Конечно, можно попробовать — но народ не примет. Не признает. Как и не признают ашеры.
'Раскрой глаза, — обводила комнату пальцем Олла. — Какие первые шаги этой новоявленной 'принцессы'? Что она сделала, чего добилась? Чего потребовала? Попробовала разобраться в причинах беспорядков в Бессарии? Встретилась с лидерами Архелая? — долгая многозначительная пауза. — Нет. Она готовится к свадьбе с принцем Улихом…
Сергей ошарашенно хлопал глазами. Потом молча улегся и закрыл глаза.
