«Либерти» – корабли прочные, но если что-то сделано уже десятилетия тому назад, с тех пор не использовалось и неизвестно сколько лет не обслуживалось… В общем, чудо, что хоть один генератор удалось запустить. От него запитали передатчик, кое-как заставили работать аппаратуру, отвечающую за жизнеобеспечение ядра, но на большее его уже не хватало. И сидели выжившие, подъедая аварийный рацион, при температуре, близкой к нулю, и дышали через раз.
Стоит признать, имперцы появились очень вовремя. Во-первых, запасов было мало, да и система жизнеобеспечения могла сдохнуть в любой момент. А во-вторых, сигнал перехватили пираты, которые никогда не упускали возможности поживиться за чужой счет. На потерпевшем крушение звездолете можно найти всякое-разное-интересное, а если вдобавок кто-то выжил, то и вообще замечательно. Рабы на многих планетах в цене.
Пираты, надо сказать, были какие-то нецивилизованные. Любому человеку, хоть сколько-то знакомому с реалиями жизни, ясно: когда Империя заявляет свои интересы, лучше не связываться – прибьют. Если за тобой не стоит серьезное государство вроде того же Альянса или Содружества Европейских Демократий, конечно. Однако пираты вне закона, во всяком случае, официально, и работают на свой страх и риск. Соответственно, и церемониться с ними никто не станет. Так что, услышав в эфире русскую речь, любой нормальный пират незамедлительно сдал бы назад.
И уж конечно не стали бы нормальные пираты затевать стрельбу, даже полагая, что перед ними какой-нибудь вшивенький корвет. Поведение джентльменов удачи было нелогичным вначале и неожиданным в конце. После того, как «Ирбис» разнес одного, второй тут же продемонстрировал готовность капитулировать, но, когда к нему подошел бот с абордажной группой, рванул прочь.
Уходил он очень грамотно. Похоже, его капитан имел неплохой опыт, и не только в грабеже, но и реального боя с сильнейшим противником. Корабль улепетывал так, чтобы между ним и «Ирбисом» постоянно находился тот самый злосчастный бот. Вести огонь с риском зацепить своих Русаков не стал, а потом было уже поздно. Вражеский корабль, продемонстрировав мастерство капитана и явно избыточную мощь двигателей, разогнался почти вдвое быстрее, чем положено для кораблей этого типа, и нырнул за планету. Догонять его не было смысла – «Ирбис» счастливый обладатель в пятьдесят раз большей массы, и так быстро не разгоняется, да и удельная мощность двигателей ниже. Все же подвешенные какими-то недоброй памяти умельцами на пиратский корабль нестандартные движки обеспечивали ему серьезное преимущество. Оставалось с чувством выругаться вслед беглецу и заняться тем, ради чего они сюда и прибыли – спасательной операцией.
Если верить капитану «Жана Рибо» и его же бортовому журналу, катастрофу пережило меньше половины находившихся на корабле пассажиров и членов экипажа. Как ни цинично звучит, это было даже неплохо. Для имперцев, естественно – чем больше народу, тем больше возни. И так медики работали как проклятые – у многих спасенных были травмы, кое-кто обморозился, а уж простудой могли похвастаться все поголовно. И висели они гирей на ногах, имперцам абсолютно ненужные. В общем, этот табор надо было срочно куда-то девать.
Вот и собрался в ходовой рубке весь комсостав. Истомин, как офицер, тоже вынужден был присутствовать, хотя, говоря по чести, предпочел бы находиться как можно дальше отсюда. Решать судьбы людей ему совершенно не хотелось. Но – увы и ах, положение обязывает.
Обсуждение шло ни шатко, ни валко, муссируя одну и ту же тему: что делать? И ведь, главное, не было дилеммы «бросать нельзя оставить», все запятые уже расставлены. И что дальше? Жертвовать отдыхом экипажа? А потом кто-нибудь из-за этого с управлением не справится?
После того, как отцы-командиры устали переливать из пустого в порожнее, они вспомнили, наконец, что здесь же сидят и внимают их мудрости и терпеливо ждут, когда на них обратят вниманию, младшие по возрасту и званию. Им милостиво разрешили высказаться – и понеслось!
Мыслей у молодежи было много, опыта – мало, тормозов у некоторых и вовсе не наблюдалось. Их предложения плавали на границе нелепости и гениальности, а ни то, ни другое реализации не подлежит… Истомин, правда, молчал, зато Александра, спевшись с еще парочкой молодых да наглых, старалась за троих. И на очередном перле музу на взлете все же сбили.
