Жаль только, дочитать о похождениях скромного пенсионера Гурова, бывшего сыщика, а ныне частного детектива-любителя, мастера всех и всяческих единоборств, пилота экстра-класса и великого стрелка, не получилось. Зазвенел сигнал, и пришлось оставить увлекательное занятие, переключившись на скучную реальность, обернувшуюся на поверку довольно паршивым корветом, идущим в направлении неспешно дрейфующего «Звездного ветра».
Судя по тому, как уверенно дефилировала эта малость обрезанная нелицензионная копия американской «Молнии», был он местным и официальным. В смысле принадлежащим центральному правительству, а не многочисленным частным компаниям. И, похоже, местонахождение гостей для него тайны не составляло.
Истомин еще только обдумывал расклады, а его руки уже без дополнительных приказов летали над пультом, переключая режимы и оценивая ситуацию. Какие-то секунды – и стало ясно, что ситуация не самая приятная. Двигатель еще не успел окончательно «успокоиться», а значит, уйти в гиперпространство не получится. Более того, когда двигатель заработает, корвет уже приблизится на расстояние залпа. Притом, что надо не только разогнаться, но и отойти от звезды на безопасное расстояние. Это из минусов.
Плюсы тоже имелись. Во-первых, начать обстрел сразу никто не рискнет. А во-вторых, сам корвет отнюдь не первой свежести, корыто корытом. Сейчас он приближался на максимально возможном для этой модели ускорении. И большего из корвета типа «Галил», корабля, по сути, конвойной и патрульной службы, не выжать. Хоть с горки его спусти – чересчур уж дряхлый и устаревший.
Истомин немного подумал. Аккурат до момента, как в рубку ворвалась Александра. Штурман же, мгновенно оценив ситуацию, выдала:
– Ну что, доигрался? А я говорила – надо идти прежним курсом.
– Пока не вижу ничего особенного, – Истомин отмахнулся. Руки его снова выбивали барабанную дробь на пульте, но сейчас они вводили команды. Звездолет медленно оживал.
– Ничего особенного? Когда эта сволочь откроет огонь, от нас полетят клочья! И предъявить ему даже нечего будет – он в своем праве.
– Во-первых, неизвестно, от кого что полетит. У нас вооружение немногим хуже. Во-вторых, с чего ты взяла, что он вообще начнет стрелять? В-третьих – не злись.
– Я не злюсь.
– Значит, страдаешь.
– С чего бы?
– Наверное, от вида этого чудика, – пожал плечами Истомин. – Право слово, не стоит он того.
– Думаешь?
– Если кто-то причинил вам сильные страдания, не стоит впадать в ярость. Сохраняйте спокойствие – это улучшит точность стрельбы. Н-на!
С этими словами Истомин вдавил клавишу на пульте, и почти сразу звездолет тряхнуло. Медленно, куда тяжелее, чем обычно, однако все равно весьма ощутимо, «Звездный ветер» начал разгон.
– Что случилось?
Космонавты обернулись – и обнаружили на входе в рубку Веронику. Истомин удивленно заломил бровь:
– Саша, объясни мне, пожалуйста, ты королева?
– Что?
– Ну, двери за собой не закрывают короли и собаки. Ты что, королева?
– А…
– Замолчи, это был риторический вопрос. В боевой обстановке оставлять двери нараспашку глупо. Хотя бы потому, что войти может кто угодно. Вот наша красавица административной ориентации, к примеру. Вероника, шли бы вы… куда подальше.
– Да что здесь происходит-то?
Врожденное женское любопытство – это страшная вещь. Пожалуй, на ум приходили всего два варианта – выставить гостью пинком под ее симпатичную пятую точку или же объяснить ей расклады. Учитывая, что время терпит, лучше выбрать именно последний вариант, дабы не создавать напряженности в коллективе.
Александра, видимо, пришла к тому же выводу и сообщила. В нескольких не очень цензурных, но весьма образных выражениях. Получилось кратко и по существу, аж слушать приятно. Вероника едва заметно побледнела.
– И что дальше?
– Все просто, – Истомин ободряюще улыбнулся. – Я сейчас запустил маневровые двигатели. Мощность у них невелика, но разгон начать вполне можно. Как минимум добавим здешним героям хлопот – гнаться за нами им придется дольше. Выиграем время. Успеем запустить маршевый двигатель. Велики шансы, что они нас вообще не догонят. А даже если догонят, то время огневого контакта будет минимальным.
– Может, лучше попробовать договориться?
– Не стоит и пытаться – здешние орлы гостей не любят. А те, в свою очередь, их самих на дух не переваривают.
– И все же надо возлюбить врага своего.
– Ага. В особо извращенной форме. Всё, разговоры закончены. Вероника, раз уж вы все равно здесь торчите, сделайте нам чаю.
– С лимоном, – вставила свои пять копеек Александра.
– Да, с лимоном. А потом распихайте детей по каютам и заставьте их пристегнуться. Может неслабо тряхнуть.
