Синяя лента Камана блеснула между деревьями. Игорь совсем сбавил скорость и внимательно осматривая местность, стал подбирать подходящее укрытие для машины. Покатая узкая, поросшая густыми тальниковыми кустами логоти'на подходила для этого как нельзя лучше. Вскоре автомобиль уперся бампером в непролазную стену прибрежного тальника. Спрыгнув на землю, Игорь обошел машину и остался доволен. Гибкие ветки надежно укрыли автомобиль со всех сторон, густая зеленая листва прекрасно маскировала окрашенный в зеленый же цвет автомобиль. Однако этого лейтенанту показалось мало, нарубив охапку веток, он набросал их на машину и только тогда присел на минуту, критически осматривая плоды своего труда. Как-то подсознательно он понимал, что автомобиль еще может пригодиться. Кажется, именно это состояние и называл «шестым чувством разведчика» капитан Никитин. Но времени на воспоминания не было, стрелки часов неумолимо отсчитывали минуты. Надо было действовать, и лейтенант решительно поднялся. План подрыва моста созрел у него еще по дороге, он был довольно прост в исполнении и этим привлекал Игоря. Надо было только отыскать подходящее бревно и, столкнув его в воду неподалеку от моста, замерить время движения до опор. Таким образом рассчитать нужную длину огнепроводного бикфордова шнура, привязать к такому же бревну имитационный заряд с сигнальной ракетой и отправить его к мосту.
Игорь достал из ранца коробку со взрывными принадлежностями. Капсюли-детонаторы были уложены в герметичную упаковку. Лейтенант со всеми предосторожностями извлек один медный цилиндрик, вставил его в воронкообразное углубление стограммовой аммонитовой шашки. Чтобы капсюль не вывалился из гнезда, тщательно обклеил его приложенной к шашке липкой мастикой. Рядом установил специальное приспособление с трехзвездной сигнальной ракетой, устроенное так, чтобы она сработала в момент взрыва и тем самым указала точное место проведения диверсии. Оставалось лишь присоединить бикфордов шнур. Игорь сунул руку в ранец, чтобы достать моток, но в ранце шнура не было. С заколотившимся сердцем, Игорь вновь и вновь обшаривал внутренности ранца. Потом торопливо вытряхнул все его содержимое на землю. Шнур отсутствовал! Лейтенант ошарашенно переводил глаза с одного предмета на другой: ложка, несколько стерильных упаковок бинта, патроны в пачках, кое-что из продуктов, несколько шашек-брикетов пластичной взрывчатки ПВВ-4, оставшихся после подрыва скалы на Зунтаре и гранитного берега озера в ночь нападения диверсантов… Но где же шнур? Где, черт бы его побрал?! Может, выпал в кабине? Разведчик бросился к автомобилю, перерыл в нем все, заглянул под сиденья. Шнура не было… И тогда Игорь вспомнил: моток мог выпасть только в одном месте, там, где была захвачена машина. Перекладывая вещи из офицерской сумки в ранец, он вероятно обронил шнур и впопыхах не заметил этого.
Отчаяние охватило Игоря. Пройти через все, добраться до цели и здесь, на подходе к ней, остаться без одной из главных принадлежностей для проведения диверсии. Что же делать? Что?!
Прежде всего взять себя в руки, успокоиться и поразмыслить более обстоятельно. Какой выход можно найти в создавшейся ситуации? Игорь машинально перебирал содержимое коробки со взрывными принадлежностями. Взял толстую металлическую трубку – взрыватель натяжного действия. Повертел его в руках, несколько раз взвел, словно затвор пистолета и, выдергивая предохранительную чеку, пощелкал ударником. Пользоваться этим механизмом он умел, за время инженерной подготовки на учебном полигоне самостоятельно произвел несколько взрывов. Там все было предельно просто: устанавливался заряд, в него ввинчивался запал с нако'льно-ударным капсюлем-воспламенителем. В бетонированный окоп протягивалась длинная, метров под сто, прочная бечева. Короткий резкий рывок, и впереди грохочет оглушительный взрыв. Но разве в теперешних условиях возможно проделать подобное? Конечно же, нет. Мост наверняка усиленно охраняется. Ночью еще куда ни шло, можно было попытаться подползти к нему, а днем нечего и пробовать – заметят и сцапают. Да и бечевы необходимой длины нет…