Но император даже не шелохнулся.
— Всё? — холодно спросил император, и, развернувшись, вышел из комнаты.
Я вздохнула с облегчением.
— Нет, ну разные пациенты у меня были, — пробормотала я, — но чтобы такая!
Клятва Гиппократа! Дай мне сил!
— Ты не представляешь, сын, какая это дрянь несусветная, — морщилась императрица, разжевывая котлету. — Это — самое ужасное из того, что я ела.
Наконец, она помотала головой, с отвращением глядя на остатки еды. А потом стала засыпать.
Я вошла в свою комнату, как вдруг услышала, что в дверь комнаты, ведущую в коридор кто-то стучит.
— Кто там? — шепотом спросила я, видя, как открывается дверь, а на пороге стоит император. Собственной персоной.
— Вы? — опешила я, глядя на него. Он посмотрел на ободранные стены, на одеяло.
— Тарелку, — произнес он, глядя на меня. Голос его был тихим, а я высунулась в дверь, видя, что императрица уснула.
Прикрыв дверь, я дала ему в руки тарелку. Он взял вилку, отламывая кусок котлеты. Разжевав ее, он подцепил вилкой овощи.
— Это действительно невкусно! — произнес он.
— Зато полезно, — вздохнула я. — Все эти специи, сахар — они очень плохо влияют на организм человека. К сахару привыкают. Без него уже не могут. Поэтому вашей матушке тяжело. Но это — единственное, что ей поможет.
Я взяла у него тарелку и стала доедать. Император развернулся и вышел.
Устав за день так, как никогда раньше, я пошла спать. Сейчас я готова была уснуть даже на полу.
Бросив плед с дивана на пол, я устроилась в уголке, чувствуя, что мне ужасно неудобно. Ладно, просто надо уснуть! Говорят, спять не жестком полезно. Так что оздоравливаемся!
Но внутри что-то тревожило меня — словно тревожный колокольчик звенел внутри, не давая полностью расслабиться.
Воспоминания снова унесли меня в эту комнату.
Боже мой! Прошло всего четыре дня! Четыре! А я устала так, словно меня провожают на пенсию после пятидесяти лет беспрерывного трудового стажа.
Я вспомнила, как Фруассар привел меня сюда. Здесь уже собралась куча мала народу. Солидные дядьки, некоторые из них были увешаны драгоценностями и одеты так, словно их стилистом был бабушкин ковер, о чем-то жарко спорили.
С кровати полулежа-полусидя на нас смотрела уже немолодая, но при этом красивая именно возрастной красотой женщина. Черты ее лица показались мне невероятными. Она выглядела так, словно сошла со старинного портрета. Даже волосы с проседью ничуть не портили ее величественного вида. «Наверное, в молодости она была невероятной красавицей!» — пронеслась завистливая мысль.
Явно старый портрет со знакомыми чертами лица, висевший на стене, как бы подтвердил мои догадки.
Страх, недоумение и непонимание сменились неподдельным восхищением и интересом. В таком месте легко почувствовать себя если не принцессой, то хотя бы Золушкой.
Дверь тогда открылась, а я обалдела, глядя на мужчину, который вошел в комнату. Он был настолько прекрасен, что я хотела ущипнуть себя. Высоченный, крупный, лицом похожий на красавицу-мать. Правда, черты были грубее, мужественней, но от этого привлекательность никуда не исчезала.
— Ваше императорское величество, — тут же поклонились все. Я же смотрела вокруг, а потом решила, что если поклонюсь, с меня не убудет.
Этот жест не укрылся от чужих взглядов.
— Дорогой, — тут же произнесла пожилая дама в кровати. — Я уже решила, кто меня будет лечить…
Лечить? Хм… Прямо по моему профилю!
— Лучше лекаря Абермарля нет! Тем более, что он уже лечил твоего отца, — заметила императрица. Дуремар смотрел с такой гордостью на всех присутствующих, словно был на голову выше.
— Да, но тебя не смущает, что отец умер, когда мне было шесть! — произнес император. — При условии, что драконы живут бесконечно долго!
Спесь тут же сошла на нет, а местный Дуремар тут же съежился. Я пока не могла понять, в чем дело.
— У кого-то есть план лечения? — спросил император, а я понимала, что вокруг такого красавца впору открывать фан-клуб!
И тут все наперебой начали рассказывать про покой, вкусную еду, совать чудодейственные микстуры собственного изготовления. Как только дело дошло до микстур, чуть не случилась настоящая драка. «Да ты шарлатан! Я видел, как пациента корчило от твоих микстур!» — кричал седой старик, тыча пальцем на соседа. «Сам такой! Я знаю, из чего ты их готовишь! И могу всем рассказать, откуда ты выдергиваешь секретный ингредиент!» — визжал в ответ его коллега.
Я в общем обсуждении не участвовала. И в этот момент я поймала взгляд императора.
— А ты что предложишь? — спросил он.
Я стала уточнять симптомы, чем лечили, и первое, что пришло на ум, это диабет. Я рассказывала о том, что нужны упражнения, диета. И самое интересное, я тогда вообще не испытывала ни робости, ни страха. Все вокруг казалось чудесной сказкой. Вот он, дворец, вот я, а вот и принц. Ну, то есть император. Все как в самом сладком сне!
— Как тебя зовут? — спросил император.
Я хотела было открыть рот, но Фруассар опередил меня.
— Августа Сеннет! — объявил он. — Довольно известная целительница! Ее очень хвалили!