Я давно замечал, что он постепенно меня к этому готовит. Он всё чаще оставлял важные решения на меня. Да и глупо отрицать, что именно благодаря мне наш род наконец начал развиваться.
Но всё равно это прозвучало для меня очень уж неожиданно. Я думал, что отец захочет обсудить это со мной лично. Однако на последнем ужине с семьёй он ничего такого не упоминал.
— Это весьма неожиданно, — проговорил я. — Отец не успел мне ничего сообщить.
— О, это было моё распоряжение, — ответил император. — Я взял с него слово, что он не расскажет вам об этом сам. А слово, данное императору, нарушать нельзя. Так что не гневайтесь на него.
— Значит, это было ваше решение — сделать меня главой рода Авериных? — удивился я.
— Ваш отец хотел того же, просто я ускорил процесс, — ответил император. — Это было необходимо.
Напрямую император особо никогда не лез в дела других родов. Все эти вопросы решали главы родов самостоятельно. Но, разумеется, если он так распорядился — никто не имел права ему перечить. Просто обычно у него и так дел хватало, чтобы в дела семей не лезть.
— Необходимо для чего? — поинтересовался я.
К нам снова подошёл официант и принёс десерт — торт «Наполеон». Хорошо хоть десерт без рыбы!
— Для того, чтобы я присвоил вам новый титул, — спокойно ответил Николай Третий, аккуратно отправляя в рот ложечку с десертом.
А вот этим как раз занимается сам император. И это прозвучало ещё более неожиданно! Он хочет присвоить мне графский титул.
— Бумаги уже готовы, — добавил он. — Род Авериных с вами во главе официально становится графским.
Новые титулы присваиваются не так уж и часто и всегда за большие заслуги перед Российской Империей.
Кроме того, в одном городе может быть строго определённое количество графских титулов. Однако тут как раз это было понятно, один из титулов освободился после повышения графа Щербатова.
— Это большая честь, Ваше Императорское Величество, — ответил я.
Император кивнул, и откуда-то появился мужчина с необходимыми документами, а также с особым кольцом, которое носили все графы в Санкт-Петербурге. Знак отличия, такое же было у всех знакомых мне графов. Правда, в академии такого знака не было ни у кого. Ведь главой рода редко становятся в таком возрасте.
— Это ещё не всё, Николай, — проговорил Николай Третий. — Я также знаю, что вы являетесь студентом лекарской академии. И хочу, чтобы вы знали, что я рассматриваю вас как кандидатуру на пост моего личного лекаря.
Вот он, тот самый момент! Опять-таки, я предполагал, что он произойдёт гораздо позже. В моих воспоминаниях я стал личным лекарем значительно позже по времени, успев отработать и своё целевое, и продвинуться по карьерной лестнице.
Правда, и Николай Третий не говорит, что пост я займу прямо сейчас. Он лишь сказал, что рассматривает мою кандидатуру. Скорее всего, именно с этой целью и был присвоен новый титул. Ведь барон — это низший титул, и стать личным лекарем императора он не может.
— Что конкретно это обозначает? — поинтересовался я. — Моя кандидатура?
— То, что пока вам надо доучиться, — спокойно отозвался император. — Всё-таки стать личным лекарем императора студент не может. Но держите это в уме и обучайтесь хорошо. Хотя я уже знаю, что ваши успехи в лекарском деле очень впечатляющие. Получше многих действующих лекарей. Так что это решение взялось не просто так.
Разумеется, он знал и о помощи на аварии, и о правильном диагнозе при карантине, да думаю, и о мелких ситуациях он также был прекрасно осведомлён.
— Благодарю, — склонил голову я.
— Что ж, на этом всё, — заявил Николай Третий. — Об этом пока никому не говорите для вашей же безопасности. Мои помощники отвезут вас, куда нужно.
Так он дал мне понять, что аудиенция окончена.
— Ваше Императорское Величество, — я поклонился и покинул ресторан.
Голова шла кругом. Судя по всему, мои действия привели к ускорению моих заслуг в прошлой жизни. И стать личным лекарем императора я могу куда раньше. Правда, у меня всё ещё есть обязательства по целевому договору. Но это явно не проблема, там всегда предусматривается возможность оплатить все расходы поликлиники за все эти годы и не отрабатывать нужные пять лет.
Хотя отработать я хотел, в Гатчине очень не хватает лекарей, и народ там нуждается в лекарской помощи. Впрочем, как и почти везде. Особенно в обычных поликлиниках и больницах, куда чаще всего ходят простолюдины. Аристократы предпочитают лишь частную лекарскую помощь.
А простолюдинов мало кто идёт лечить. Так что это своеобразная дилемма — выбор дальнейшего жизненного пути.
Кроме того, до вступления в должность мне точно нужно выяснить имя предателя. И я близок к этому, ведь появился артефакт, способный пробудить все сокрытые воспоминания. И я смогу действовать на опережение.
Уверен, предательство было связано именно с тем, что у меня имеются все ветви лекарской магии. Не зря ещё Август Маркович говорил, как это опасно. И лучше не разглашать эту информацию.
— Куда вас отвезти? — осторожно спросил гвардеец, выводя меня из раздумий.
— В мой родовой особняк, — я назвал адрес. Надо было поговорить с отцом.
