За столом начались удивлённые возгласы со всех сторон. Анна, не до конца понимающая, что происходит, просто захлопала в ладоши. Глаза отца светились гордостью. Мать заохала, а Андрей чуть не выронил бокал, который держал в руке.
Когда первые эмоции стихли, все начали заваливать меня вопросами и бурно праздновать. Только брат сидел весь вечер задумчивый и особо не принимал участие в общих разговорах. И лишь бросал на меня изредка странный взгляд.
После праздничного ужина все разошлись по комнатам. И Андрей ожидаемо пришёл ко мне на разговор.
— Николай, с тобой можно поговорить? — осторожно спросил он, входя ко мне в комнату.
— Конечно, — кивнул я. — Проходи.
Он зашёл внутрь и некоторое время нерешительно наворачивал круги.
— Я много думал, — заявил наконец он. — Но теперь решил окончательно. Я покидаю род Авериных.
Член рода может сам уйти из семьи. Это бывает ещё реже, чем изгнание из рода, но всё-таки это возможно.
Однако заявление Андрея меня удивило. Да, я знал, что моему становлению главой рода он не обрадуется. И даже будет зол. Как бы то ни было, для него это всё равно постыдная ситуация. Однако чтобы сразу из-за этого уходить из рода… это уже чересчур.
— Андрей, могу я узнать причину? — спокойно спросил я. — Давай поговорим.
— Это не из-за того, что ты стал главой рода, — поспешно ответил он. — Точнее, и из-за этого тоже… Но это лишь укрепило моё решение.
Он наконец перестал ходить по комнате и сел на кровать.
— Я много об этом думал, — проговорил он. — Так что это не внезапное решение. Я приношу роду Авериных много неприятностей и много проблем.
— Это не новость, — пожал я плечами. — Но и не повод уходить из рода. Проблемы все решаемы, главное, чтобы ты делал правильные выводы. Мы — семья, и держимся вместе не из-за выгоды.
— Но и это не главное, — Андрей очень волновался и никак не мог собрать мысли воедино. — Ты задумывался о том, почему некроманты чаще всего не называют свои отчества? Даже к нашим деканам мы обращаемся только по имени. Святослав, Константин…
Меня это интересовало, причём уже довольно долго! Просто обычно при встрече со Святославом находилось множество других тем для обсуждения, помимо его отчества.
Но я, кажется, начинаю понимать, к чему ведёт мой брат.
— В основном некроманты уходят из своего рода, — проговорил Андрей. — А я патологоанатом, у меня тоже магия некромантов. Мы уходим из рода, из семьи, и создаём своё ответвление. Так вот у нас принято, некроманты чаще всего одиночки. Об этом редко говорят, но такое часто встречается.
— Это вовсе не обязательно, — возразил я.
Взять хотя бы Марию. Она тоже учится на патологоанатомическом факультете, но из рода никуда не собирается. И даже заключила помолвку с Владимиром. Хотя у женщин наверняка правила не такие суровые, как у мужчин.
— Не обязательно, — согласился Андрей. — Но часто практикуется. Николай, я правда это обдумал. Надежды в роду на меня нет никакой, в основном я всё только порчу. Да и не лежит у меня душа ко всем этим семейным проблемам, сам знаешь.
Знал. Даже когда у меня только-только начиналась вереница моих проблем, я не стал рассказывать о них брату. И не только потому, что не хотел отвлекать его от учёбы. А потому что знал, что ему это неинтересно.
— А как же твоя помолвка? — спросил я. — Твои планы на дочь графа Шувалова?
— Я не хочу заключать помолвку только с помощью твоего титула, — заявил он. — Придумаю что-то своё. А если не придумаю — значит, и не судьба.
— А что ты вообще собрался дальше делать? — поинтересовался я.
Уход из рода — это не просто пустые слова. Он может продолжить с нами общаться и видеться. Но он больше не будет получать деньги для своих расходов. Он больше не сможет считать это место своим домом. Приходить со всеми на приёмы в качестве члена семьи Авериных.
Это серьезный шаг.
— Я пойду работать, — заявил брат. — Буду совмещать работу и учёбу, так и закончу академию. У тебя же это как-то получается. А потом я верну роду Авериных все деньги за своё обучение, ты не думай. Прошу, не переубеждай меня, это правда взвешенное и обдуманное решение.
Я проверил его психологической магией. Было немного тоски, но сомнений не было точно. Он правда всё обдумал. И я мог прямо сейчас сделать так, что он изменит своё решение. Опять-таки психологической магией.
Но я решил этого не делать. А поступить чуть иначе.
— Если ты так решил, я не стану тебя отговаривать. Но прошу подумать. Всего неделю. И если за это время твое решение не изменится, я не стану ему противиться.
Андрей задумался. Поднял на меня тяжелый взгляд и кивнул.
— Мое решение не изменится, — сказал он.
— Пусть так. Тогда через неделю я подготовлю документы, и ты сообщишь об этом отцу и матери.
Андрей нервно усмехнулся. Но я не оставил ему выбора.
— Хорошо, — ответил он, поднимаясь. — Поговорим через неделю.
И он ушёл.
У меня же было полно дел, с которыми предстояло разбираться. И самое главное — с документами на новый титул. Стоило разобраться, что конкретно он даёт и какие изменения ждать нашей семье.
