— Отлично! — Слава искренне обрадовался, его лицо просияло. — Я же говорил! Слушай, ну раз такое дело, это же надо обмыть! Обязательно! Тогда сегодня вечером пьем пиво? Как договаривались! С меня — место, с тебя — компания!
— Не знаю, Слав, как получится, — я пожал плечами, вспомнив про Мариам. — День обещает быть тяжелым.
— Ну, ты смотри, — не обиделся он, натягивая перчатки. — Если что, я готов. Маякуй.
Он подмигнул мне и направился в свой кабинет. Я же, натянув маску, двинулся в свой, где за столом, как я и предполагал, меня уже ждала моя «любимая» медсестра, Валентина Петровна Зазулина.
И, конечно же, пила чай с баранками, разложив на столе целый натюрморт из варенья, сахара и конфет. Кабинет при этом выглядел так, будто в нем взорвалась мусорная корзина.
— Валентина Петровна, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более спокойно, но с металлическими нотками. — Я, конечно, все понимаю, чаепитие — это святое. Но, может, вы все-таки для начала приведете в порядок свое рабочее место? А то здесь, знаете ли, не очень-то стерильно. Да и пациентам, я думаю, не слишком приятно будет смотреть на ваши баранки и крошки.
Она смерила меня презрительным взглядом и отхлебнула чай.
— А я тебе что, уборщица, что ли? — огрызнулась она. — Мое дело — бумажки заполнять да температуру мерить. А убирать за собой ты и сам можешь. Не маленький.
— Я-то могу, Валентина Петровна, — я подошел к ее столу и одним движением смахнул все ее «богатство» в мусорное ведро. — Но, боюсь, если вы и дальше будете так относиться к своим обязанностям, то вам придется искать себе другое место для чаепитий. Например, на бирже труда. Я вас понятно предупредил?
Зазулина побагровела от злости и открыла было рот, чтобы высказать мне все, что она думает, но тут в кабинет вошла Борисова. Увидев эту сцену и перепуганное лицо старшей медсестры, она прыснула от смеха.
— Так, Борисова, — я повернулся к ней. — Раз уж ты здесь, сходи к заведующей Ульяновой. Скажи, что нам для ускорения процесса нужен еще один кабинет и еще одна медсестра. Будем принимать параллельно, в четыре руки. Так будет быстрее.
— Еще чего! — фыркнула она. — Сам иди! Я тебе не девочка на побегушках!
— Борисова, — я посмотрел на нее в упор. — Ты хочешь весь день провести в этом аду, принимая по одному пациенту в час? Или ты хочешь, чтобы мы разгребли этот завал как можно быстрее и вернулись в нашу родную хирургию? Выбор за тобой.
Она немного подумала, потом, недовольно поджав губы, все-таки пошла выполнять, что ей было сказано. Кажется, перспектива провести здесь целый день ее не слишком радовала.
Я вызвал первого пациента. Мужчина лет сорока, жаловался на тошноту, рвоту, боли в животе. Классическая картина пищевого отравления. Никакой «стекляшки». Я быстро его осмотрел, назначил лечение, выписал больничный.
В этот момент в кабинет вернулась Борисова. Вид у нее был на удивление довольный.
— Ну что, Разумовский, не повезло тебе, — она с ехидной ухмылкой посмотрела на меня. — Ульянова сказала, что свободных медсестер в поликлинике нет. Совсем. А я принимать пациентов в одиночку не намерена. Без медсестры. А Ульянова их взять ниоткуда не может и если Шаповалов такой умный, пускай сам сюда идет и разгребает этот бардак! Так что, хочешь ты того или нет, а придется тебе терпеть мое общество.
Я мысленно усмехнулся. Так я и думал. Эта хитрая Белочка просто закатила там, у Ульяновой, истерику, пожаловалась на то, что ее, бедную, заставляют работать в таких ужасных условиях, да еще и без медсестры.
А добродушная Мария Демидовна, чтобы не связываться со скандальной ординаторшей, просто пошла у нее на поводу и отправила ее обратно ко мне. Ну что ж, сама напросилась.
— Ладно, Борисова, оставайся, — я со злостью махнул рукой. — Только не мешайся под ногами. Следующий!
В кабинет вошел еще один мужчина, на этот раз с явными признаками «Стеклянной лихорадки». Я быстро его осмотрел.
— Так, у вас «стекляшка», вторая стадия, — я начал диктовать Зазулиной назначения. — Антибиотики, противовирусные, жаропонижающие…
— Постойте! — тут же встряла Борисова, которая с интересом наблюдала за моим осмотром. — А почему вы так уверены, что это «стекляшка»? У него же нет характерной сыпи! А кашель может быть и от обычного бронхита! Я считаю, что это сильнейшее воспаление легких, и нужно сначала провести полное обследование — рентген, анализы, КТ! А уже потом назначать лечение!
Пациент посмотрел на меня, моментально бледнея под цвет больничной простыни. Я посмотрел на нее, как на умалишенную.
Так, началось… Веселое время нарисовывается. С этой «помощницей» я тут, похоже, до ночи не разгребусь. С этим надо было что-то срочно делать.
Я посмотрел на Борисову, как на какой-то редкий и очень наглый экземпляр ископаемого.
Она что, серьезно? Устраивать мне тут консилиум по поводу каждого чиха? Да еще и в присутствии пациента?
Ну, нет, так дело точно не пойдет. С этим нужно было что-то срочно делать, иначе мы тут до ночи будем одного больного принимать.
