Скотина явно пользовался тем, что я женщина и не могу дать достойный отпор.
— Чего это не за это? — кучер обогнул карету и забрался на козлы. — В Лавенхейм я вас доставил? Доставил. Вы в черте города? В черте города. Какие у вас претензии?
— Обманщик! — вырвалось у меня.
В Терралии ругались скучно. Грубым обращением считалось все подряд, включая мое обвинение.
— Стерва! — сплюнул нахал, взмахнул поводьями и погнал повозку вперед, оставляя меня одну глотать дорожную пыль.
Стояла я недолго, мысленно проклиная возничего. Обращалась ко всем богам, которых знала, моля их о том, чтобы у кареты отвалилось колесо. К сожалению, боги были либо глухи, либо их попросту не было. Экипаж скрылся где-то на горизонте.
Продолжая чертыхаться, я посмотрела направо, потом налево, вздохнула, подобралась и решительно двинулась по вытоптанной тропке. Куда мне деваться? Повезло, что чемоданы не приходится тащить на себе. Моя поклажа после воспроизведенных волшебных манипуляций плавно левитировала неподалеку.
Добрых пятнадцать минут я добиралась до внушительного здания, скрытого от глаз разросшейся чащей. Сбила неудобные туфли, подол платья запылился, и я почувствовала усталость. Сначала предполагала, что меня встретят, но, кажется, про дурной нрав местного правителя мои сокурсницы не шутили.
— Вот она, вот. Приехала, — услышала чужой женский голос.
Повернула голову вправо и обнаружила двух незнакомцев. Полноватую девицу в пышном платье и мужчину с каштановым цветом волос.
— Здравствуйте, — поклонилась им, как заведено, — я целитель Саммер Мэтисон, обо мне должны были предупредить.
И встретить, и довезти, и не заставлять блуждать по невзрачным закоулкам. Правда, судя по улыбкам на лице встречающих, мое капризное настроение их нисколечко не волновало.
— А я Эви Лейк, — представилась пышка. — Я помощница целителя Роберта Уоррена. Вы с ним позже познакомитесь.
— Меня зовут Уэйд Блэк, — кивнул мужчина, не отрывая своего взгляда от меня, — я работаю у Его Светлости.
— Очень приятно. — Старалась удержаться от фырканья. — Не подскажете, где я могу расположиться? Оставить свои вещи?
Парочка переглянулась между собой. Складывалось впечатление, что оба чуточку меня осуждают. И эти переглядывания окончательно меня взбесили.
Я сюда не просилась, это настоящая ссылка. Несколько дней тряслась в повозке, лишенная душа и горячей еды. Я очень вежливая и терпеливая, и несмотря на то, что не из этого мира, но даже мне известно, что не так встречают выписанных специалистов.
— Простите, леди Мэтисон, — задумчиво произнес господин Блэк. — Вы можете оставить их мне, я отнесу в дом, где вас поселят.
— А вы можете сейчас проводить меня туда? — обрадованно спросила я.
Мне бы хоть умыться. Поменять обувь, сменить платье...
— Увы, но нет, — поморщился работник. — Вас уже ждет Его Светлость, и мы порядком опаздываем.
— Да-да, — заверила леди Лейк. — Почему вас привезли к обеду? Обещали, что повозка прибудет в утренние часы.
При том, говорила она с таким обвинением, словно я правила лошадьми.
Вспыхнув, но привычно подавив гневный порыв, местный мир отвратительно наглядно учил меня принятию и покорности, я принесла короткие извинения.
Какая им разница, что кучер был, мягко сказать, не в форме, что на постоялом дворе принял лишнего на грудь, и что мне пришлось изобретать быстрое лекарство от похмелья. Новый бокал с горячительным, благо движение в Лавенхейм не плотное, почти никакое.
— Пойдемте, пойдемте, — предложил свой локоть Уэйд. — Иначе герцог уедет к господину Уоррену без вас.
Пришлось подобрать юбку, положить свою ладонь на руку провожатого и согласиться.
— Уэйд, — войдя на первый этаж шикарного, но темного, огромного дома, я услышала низкий баритон. — Лекарша прибыла? Сколько можно ее ждать?
И в тоне столько отвращения.
— Она уже здесь, Ваша Светлость, — отозвался Уэйд, а мне шепнул. — Извините, он не в духе, плохо себя чувствует. И вы опоздали, а у него назначено несколько встреч.
Про Александра Бриленда я была наслышана. Все провожающие сотрудники академии сочли своим долгом предупредить о его непростом характере. Искренне сочувствовали и переживали.
Дурной нрав косвенно подтверждался сбегавшими из города выпускниками. Никто так и не доработал здесь год. Наплевали на практику, выбрали места хуже, менее прибыльными. Путь в придворную службу для них был закрыт.
Так что мысленно я готовилась к ледяному приему, полагала, что уж как-нибудь управлюсь с ворчливым старикашкой. Если тот не будет распускать руки, то мы наверняка сработаемся. Я оптимистка по натуре, сглаживаю углы, умею терпеливо общаться с капризными пациентами.
Какого было мое изумление, когда я вошла в натопленную комнату и увидела молодого мужчину, сидящего на диване.
Совсем не похож на старика, наоборот, складывается впечатление, что он полон сил, правда безумно устал.
Темноволосый, с задумчивыми, яркими, бездонными глазами цвета янтаря. Он прищурился, пока я шла, наклонился вперед и кивнул на кресло перед собой.
