Когда он отстранился, я несколько секунд стояла, не в силах вымолвить ни слова. Мои губы словно вспоминали что-то, чего я сама не смогла понять. Это была кража. Сладкая, оглушительная кража. И мгновение спустя, я осознала: верни этот момент мне — я ни за что не позволила бы ему закончиться.
— Это ошибка, — вымолвила и сбежала прочь, сгорая то ли от стыда, то ли от унижения.
Следующие несколько дней мы намеренно избегали друг друга. Точнее, в жизни Его Светлости, по-моему, ничего не изменилось. После моего «лечения», он спускался на завтраки, шутил, встречался с семьей, а я, напротив, закрылась и боялась посмотреть мужчине в глаза.
Как понимать его последние слова?
Какая я дурочка, какая доверчивая. Почему ведусь на все подряд? Раньше я полагала, что я разумная барышня, но в последние несколько недель моя самоуверенность пошатнулась.
Чтобы и дальше не самоуничижаться, я погрузилась в работу.
Роберт в госпитале меня подчеркнуто не замечал, бубнил себе что-то под нос, когда я подходила, но из-за огромного количества обращенных, был вынужден признать мое присутствие.
В Лавенхейме случилось то, чего я боялась — простудная эпидемия. В родном мире меня не страшат смены сезонов и болезни, а вот без привычного оборудования, полагаясь на одну магию, вечно противоборствуя с жителями и лекарем, наступление холодов пугали до чертиков.
В день мы принимали несколько десятков заболевших. И все они жаловались на одно и то же. Им было больно глотать, гланды их опухли, температура превышала привычную и нормальную, а ломота в теле не позволяла нормально двигаться.
— Это же ангина, — пожимала плечами я, исследуя горло одного из несчастных и подзывая господина Уоррена. — Посмотри на этот налет и гной.
К сожалению, про обычную ангину, хорошо знакомую, в Терралии никто не слыхивал.
Простуда, чахотка — об этом жители Лавенхейма знали. А ангина, та самая, простейшая ангина, которая при неправильном лечении вызывала множество осложнений, оставалась для них загадкой.
— Кашель, выпиши настойку, — бурчал целитель.
— Но она ему не поможет, — отнекивалась я.
Да, у кого иммунитет крепкий, им ничего по существу не грозило, ангина пройдет за неделю, может быть за две. А кто похвастаться им не мог? Между прочим, она-то и вызывала остро ревматоидную лихорадку, от которой страдал наш герцог. А еще в моей практике был случай, когда здоровый мужчина схватил инфаркт. Нет, с этим заболеванием шутить нельзя, оно не менее опасно, чем пневмония или заражение крови.
Грешным делом, я подумала, что это я принесла ее. До моего появления в Терралии никто ничем подобным не болел, не было данных. Но я быстро отбросила подобные мысли.
Во-первых, переместившись в новый мир, я была абсолютно здорова. А во-вторых, господин Бриленд умудрился ее как-то подцепить задолго до моего появления. Наличие стрептококков в его крови я доказала доподлинно.
— Мэтисон, я тебя не спрашиваю, — зверел натурально Роберт. — Или дай лекарство, или уезжай в столицу. Практику, так и быть, я тебе подпишу. В деньгах не потеряешь.
Предложение было щедрым, а Уоррен орал настолько громко, что и другие посетители выпрямили шеи.
Почему бы и нет? Я мечтала помогать жителям, хотела, чтобы мой труд не был напрасным, но они меня боялись. Роберт думал от меня избавиться, а Его Светлость вел себя, словно подросток — мы так ничего толком и не обсудили. Да, поездка в Брекенридж стала бы спасением для меня.
Но...
На одной из кушеток, в ожидании приема сидела леди Портер:
— Господин Уоррен, я не ослышалась? Вы хотите лишить нас талантливого целителя?
— Маргарита, ты неправильно меня поняла, — бросил мимоходом девушке.
Не тут-то было. Леди Портер не собиралась сдаваться.
— Я неправильно поняла? Да вы издеваетесь, — обернулась на других людей девушка. — Сколько мы молчим о репутации леди Мэтисон? Бедная женщина, и она нас терпит и принимает. А вы знали, что она первоклассный лекарь? Да, она только выучилась в академии, но Роберт-то все новости от медицинского сообщества игнорирует. Леди Мэтисон, осмотрите меня, вдруг у меня тоже ваша... ангина...
— Да, — встал со своего кресла мужчина, чье имя я запамятовала. — Роберт, ты можешь продолжать злословить на девушку, но она помогла мне за пять минут, а ты прыгал больше часа. Я ценю тебя, но леди Мэтисон прислали недаром. Она профессионал своего дела.
По-моему, это был господин Фирсток, которому я вправила челюсть после неудачного эксперимента с грушей.
Один за одним поднимались те редкие жители, которым я умудрилась помочь. Их было не очень много, но в их глазах застыл такой праведный огонь, что я засмущалась.
Они были мне благодарны, они шли целенаправленно ко мне, а не к Роберту, и были готовы выполнять все мои назначения.
И как после таких речей отказываться от должности и сбегать в Брекенридж?
— Довольна собой? — прошептал разгневанный Роберт.
Да, я будто бы обрела второе дыхание. Я то полагала, что в Лавенхейме меня возненавидели.
