— Умный мальчик, — ухмыльнулся он, затем кивнул остальным. — Выводите их к остальным.
Меня грубо схватили за руки, заломили за спину и связали чем-то жестким — пластиковыми стяжками, судя по ощущениям. То же самое проделали с Алиной. Затем нас вытолкали в коридор и погнали на второй этаж, туда, где я совсем недавно оперировал раненого мужчину.
Когда нас втолкнули в просторное помещение, я увидел, что все выжившие, включая Гончего, уже стояли на коленях с руками за головой. Их окружали вооруженные люди — человек пятнадцать, может, больше. Некоторые с пистолетами, другие с охотничьими ружьями, трое с автоматами. Разношерстная банда, собранная из случайных людей.
В центре стоял коренастый мужчина средних лет с жестким, будто высеченным из камня лицом и шрамом, пересекающим левую бровь. Его крупные руки с мозолистыми ладонями и обломанными ногтями говорили о человеке, привыкшем решать проблемы силой. Одет он был просто: добротная кожаная куртка, потертые джинсы и тяжелые армейские ботинки. На шее болталась массивная золотая цепь. Типичный уголовник, нашедший в апокалипсисе идеальные условия для своих талантов.
Он повернулся, когда нас втолкнули, и его тонкие губы растянулись в улыбке, больше похожей на оскал хищника.
— А вот и наша влюбленная парочка, — проговорил он, сделав шаг вперед. — Поставьте их на противоположный конец от того снайпера.
Нас грубо толкнули в спину, заставляя встать на колени вдалеке от Гончего и остальных пленников. Я мельком поймал взгляд Алексея — его лицо оставалось непроницаемым, но желваки на скулах выдавали крайнее напряжение.
— Суки, — тихо процедил я сквозь зубы, оглядывая бандитов.
— Заткнись, — прошипел один из мародеров, замахиваясь прикладом.
— Не трогай его, — внезапно сказал главарь, подходя ближе. — Сперва я хочу поговорить.
Он остановился передо мной, слегка наклонив голову, как ученый, изучающий редкий экземпляр насекомого.
— Так это он? — спросил главарь, обращаясь к одному из своих людей.
Вперед вышел бородатый мужик в камуфляжной куртке. Один из тех, кто сидел в салоне черного внедорожника несколько часов назад.
— Да, — кивнул он. — Этот урод воткнул Коляну нож в спину, а Серёгу подстрелил.
— А девчонка? — главарь перевел взгляд на Алину.
— Она тоже там была, — подтвердил бородатый. — Пряталась, пока мы не дали по газам.
Главарь медленно кивнул, явно что-то обдумывая. Затем его взгляд скользнул по ряду пленников.
— Знаете, — громко произнес он, обращаясь ко всем, — мы знали, что вы здесь прячетесь. И не трогали вас. Намеренно. Мы с самого начала этого безумия контролируем эту часть города, но ваш бизнес-центр оставили в покое. Мы не звери какие-то, мы понимаем, что выжить должны многие.
Он сделал паузу, обводя пленников взглядом.
— Нападали только на одиночек, на улицах. На тех, кто не понимал новых правил. Но сегодня, — его голос стал жестче, — кое-кто из вас перешел все границы.
Он развернулся и указал прямо на меня:
— Этот человек убил двоих моих парней. А я очень не люблю, когда кто-то убивает моих людей. Очень не люблю.
Его рука скользнула под куртку и вытащила пистолет — серебристый полуавтоматический Макаров с черной рукоятью.
— Поэтому сегодня мы немного повеселимся, — он улыбнулся, и эта улыбка не сулила ничего хорошего. — Проведем небольшую… воспитательную работу.
Главарь кивнул своим людям, и те наставили оружие на пленников. Каждый был на мушке.
— Ты, — он указал на меня пистолетом. — Дернешься — и я устрою тут кровавую баню.
Я кивнул, уже понимая, что сейчас произойдет. По крайней мере, это будет быстро.
Но главарь вдруг развернулся и подошел к Алине.
— А ты, красавица, — он протянул ей свой пистолет рукоятью вперед, — сейчас поможешь мне с решением одной маленькой проблемы.
Кто-то из его людей разрезал стяжки на ее запястьях. Алина потерла покрасневшую кожу, глядя на протянутый пистолет с нескрываемым отвращением.
— Что ты хочешь? — её голос звучал тихо, но твердо.
— Очень простую вещь, — главарь улыбнулся. — Возьми пистолет и выстрели своему дружку в голову.
По комнате пронесся испуганный шепот. Алина застыла, её глаза расширились.
— А если я откажусь?
— Тогда, — главарь обвел рукой ряд пленников, — мои ребята откроют огонь и все эти люди подохнут прямо здесь и сейчас. Мужчины, женщины… — его взгляд остановился на маленькой девочке, прижавшейся к матери, — дети. Все.
Я знал, что он не блефует. Такие, как он, никогда не шутят смертью.
— У тебя простой выбор, красавица, — продолжил главарь, всё ещё протягивая пистолет. — Одна жизнь против двадцать семи. Решай.
Алина медленно подняла руку и взяла оружие. Её пальцы сжались вокруг рукояти.
— Вот так, — одобрительно кивнул главарь. — Теперь встань.
Она поднялась на ноги, держа пистолет так, словно это была змея, готовая укусить. Затем медленно повернулась ко мне, остановившись на расстоянии вытянутой руки.
Я поднял голову и встретился с ней взглядом. В её глазах плескалась настоящая буря эмоций — леденящий страх, глубокое отчаяние, бессильная ярость. Её руки заметно дрожали, а пистолет в напряженных пальцах казался слишком тяжелым.
