— Я не буду бросаться бессмысленными обвинениями, Вы и так знаете, что ставя на меня клеймо поступили подло и незаконно. — она глубоко вдохнула прикрыв глаза, и я чуть подрасслабился, всё же не так холодна как хочет показать. — Я хочу сказать, что не вижу более смысла для Вашего дальнейшего нахождения в моём доме. Вы сказали, что хотите доказать мне что Ваши чувства истинны. Что мы с Вами можем быть счастливы друг с другом. Я не верила Вам тогда, и сегодня Вы лишь подтвердили мои выводы. — от её слов в груди пекло от злости, но я заставил себя сосредоточиться на том что она сейчас в ярости и имеет право выплеснуть её на меня.
Пусть даже её слова жалят ядом.
— Если Вы правда убеждены, что испытываете во мне… любовь. — незаметно сжал ладонь в кулак, решив дослушать до конца что ещё Ти хочет озвучить.
Она снова вдыхает опустив голову и продолжает отведя взгляд в сторону.
— Я видела это чувство у других, оно вызывает стремление сделать счастливым того кого любишь. Я не знаю к чему стремитесь Вы, но я от этого точно счастливей не буду. — вдруг она подаётся ближе ко мне, заставляя мгновенно забыть о злости на её слова, заставляя утонуть в глубоких глазах. — Прошу Вас, оставьте меня. Вы сильнее, я не могу заставить Вас уйти. Но и доверять Вам не смогу, всё время буду ждать какого-то безумного подвоха сродни печати. Поэтому не мучьте ни себя, ни меня. Наши пути давно разошлись и это было правильное решение.
Она застыла напротив меня, в мечущихся глазах было столько надежды, что ядовитость её слов померкла. По сравнению с искренним желанием в голубых озёрах поскорее избавиться от меня, слова это ничто.
Я скрестил руки на груди, давая себе это мгновение, чтобы разжать сведённые челюсти и говорить с ней спокойно. Неужели она не понимает, что я не могу уйти от неё? Что она всё что мне нужно? Что без неё вообще всё бессмысленно?
Прежде чем я успеваю открыть рот для ответа, который её совсем не обрадует, она преображается- на лице появляется озабоченное выражение, взгляд слегка расфокусирован, она буквально подскакивает ко мне дотрагиваясь кончиками ледяных пальцев до моей щеки.
Лёд её пальцев прожигает насквозь, изнутри окатывает волна жара, заставляя неподвижно замереть на месте. Желая продлить её прикосновение как можно дольше, замираю задерживая даже дыхание.
— Дарэн, Вы ранены и у Вас жар! Почему не сказали? — а, она про это.
Усмешка сама собой скользнула на лицо. Я сам уже успел забыть об этой мелочи, но моя птичка так всполошилась, даря ощущение заботы и внимания.
Знаю, что это обман. Это не проявление её любви ко мне. Она природница. Она не может не помочь. Кому бы то ни было. Даже тому кого несколько минут назад отчаянно пыталась убедить убраться из её жизни.
Но сейчас глядя на её суету вокруг меня, ощущая аккуратные прикосновения. Я понимаю кристально ясно, мне всё равно. Даже за такой суррогат я готов бороться. Если надо будет, то буду калечиться каждый раз, когда она надумает на меня злиться. Боль ничто, в сравнении с её близостью.
И кажется на ближайшее время, это мой единственный шанс, быть добровольно подпущенным к моей птичке так близко.
— Дарэн, снимите рубашку и ложитесь на стол. У Вас большая кровопотеря. Учитывая то что Вы ещё не восстановились, это может быть очень опасно.
Безропотно выполняю указания Ти, предвкушая моменты когда тонкие пальцы вновь начнут порхать по моему телу.
Тиара
Послали же Боги испытание!
Принц погружённый в сон лежал передо мной на столе и я знала, что он очнётся примерно через полчаса. Хотела бы я знать где он умудрился получить ножевые ранения. Хотя нет, не хотела бы.
Я бы хотела чтобы он оставил меня в покое. Конечно, очень наивно было думать, что он проникнется моими словами и хотя бы попытался понять что я хотела ему сказать. Но судя по насмешке застывшей на совершенном лице, он меня вообще не слушал. Слышал, возможно. Но точно не слушал. В холодных голубых глазах отражалась скука, заставляя мои внутренности скручиваться узлом, словно я снова маленькая девочка. И снова стою перед отцом и пытаюсь объяснить, что волка в моей спальне необходимо лечить, а не добивать. Тогда у меня ничего не вышло, и в этот раз перед принцем я снова окунулась в это страшное бессилие, когда кричишь до хрипоты, пытаешься доказать, а на тебя смотрят с этой усталой снисходительностью. С тобой даже спорить не планируют. Зачем? Они всё равно сделают по своему. Накинут удавку и задавят волка на ваших глазах, выдавят из него всю жизнь. Останутся в вашей жизни и в вашем доме, отказываясь принимать условия и правила. Отказываясь услышать. Словно у меня нет голоса. Словно у меня нет права. Словно я никогда не буду на равных. С ними.
Устало растерла лицо. Да и плевать мне на их мнение, на равенство и прочее. Не хочу тратить свою жизнь на доказательство. Никогда не хотела.
Я хочу просто жить и лечить людей.
Взгляд невольно скользнул по расслабленному лицу Его Высочества.
Кажется моё заветное "просто" отодвигается ещё дальше, чем было по факту моего рождения.