Через семнадцать километров впереди появились очертания поселка, называвшегося когда-то Реммаш. Заброшенные, полуразрушенные остовы панельных коробок, чернеющие слева от дороги, подсвечивались во многих местах Пятнами. Капитан, сидящий в первой машине, отдал приказ ставить оружие на боевой взвод. Впереди показалось построенное много лет назад детское медицинское учреждение. Водитель, насколько позволяло разбитое дорожное покрытие, прибавил газу, стараясь проехать смертельно опасный участок. Теперь где-то там сидит Воспитатель, продолжая и после смерти заботиться о своих детях.
– Свят, свят, свят… Господи, спаси! – Водитель, вцепившись в руль, как тонущий человек в спасательный круг, смотрел на дорогу перед собой, боясь даже на миллиметр повернуть голову влево. Зеленцов бросил тревожный взгляд на проносящееся мимо строение и с замершим в груди сердцем схватился за оружие. Тускло светящееся Пятно, захватившее участок земли возле самой стены здания, призрачным светом выхватывало из темноты часть панели с черным квадратом окна. И капитану показалось, что он увидел плывущую там, за окном, внутри дома, черную фигуру. Были видны только очертания головы, плеч и сгорбленного, худого туловища. Фигура, будто почувствовав взгляд Зеленцова, остановилась и…
Повернулась к нему! Взглянула прямо на него своими черными, без зрачков, глазами, открыв в злорадной усмешке черный проем рта…
– Прорвались! – выдохнул водитель. Человеческий голос, раздавшийся рядом, вывел Зеленцова из состояния ступора. Он мотнул головой, приходя в себя, и бросил удивленный взгляд сначала на водителя, а затем в сторону лобового стекла. Впереди виднелось здание церкви Рождества Христова. Реммаш вскоре остался позади, дорога стала забирать правее, и оставшиеся четырнадцать километров колонна проехала без каких-либо происшествий – до буферной зоны ГЭС, где взору капитана открылась невиданная ранее ужасающая картина.
Как стало известно позже, вахтовая смена Загорской ГЭС должна была провести расчистку зарастающей территории, разделяющей периметр ГЭС и лес возле реки Кунья. Этого требовала техника безопасности, исключающая таким образом неожиданное нападение симбионтов из чащи леса на бригады, осуществлявшие плановые проверки электрической артерии города и замену фильтров. Трагедия началась с появления из-под земли неизвестного вида симбионта, повредившего городскую артерию и лишавшего Сергиев Посад электричества и телефонной связи. И пока бригада, пораженная увиденным, стояла на месте, не предпринимая никаких действий, подземный симбионт, раскрыл свою круглую со множеством треугольных пластин пасть. Извернулся, и обрушился своим длинным телом сверху на людей, давя и проглатывая несчастных, чтобы тут же, пробив в земле круглое отверстие, исчезнуть внутри образовавшегося тоннеля. Наблюдавшая за творящимся десятисекундным адом дежурная смена охраны периметра ГЭС не успела даже поднять боевую тревогу.
– Пробуй город! – приказал Зеленцов связисту.
Сам он подошел ко второму, внутреннему аппарату. Еще две или три безуспешные попытки – и он свяжется со штабом полка. Капитан уже представил, какое выражение лица будет у полковника, представил его голос и слова, которые ему предстоит выслушать. Второй раз – и опять на его смене!
– Есть связь с ГЭС! – радостно закричал связист.
– Дай сюда! – Зеленцов выхватил у него трубку. – Батарейка? Стена Север. Что у вас там? – Он с минуту слушал, что ему отвечают, после чего коротко бросил: – Добро, – и отдал трубку связисту.
– Что там, товарищ капитан?
– Перебой какой-то. Перенагрузка. В общем, обещали больше не дергать за нервы.
Теперь можно выдохнуть. Вернуться бы обратно в дежурку, но у него закончились смены чистых перчаток, очков и фильтра. Их на дежурство выдают всего три комплекта. Руководство специально устроило зону несения вахты и зону отдыха на расстоянии. Мол, тогда вахтенные не будут отсиживаться все время в тепле у чайника. Есть три отведенных уставом перерыва для выполнения личных потребностей. А все остальные двадцать два с лишним часа будь добр сиди и работай. Капитан обреченно вздохнул. Погонять, что ли, этих обалдуев, чтобы служба им медом не казалась?
Телефон внутренней связи раздражающе громко затрещал.
Да что они там, в самом-то деле! Доработает он сегодня спокойно свою смену или нет?!
– На связи пост наблюдения! – Связист протянул трубку старшему.
– Зеленцов, – коротко бросил капитан. И через пару десятков секунд раздраженно сообщил: – Я на улицу.
«Продам лом цветного металла. 200 гр. Перекупщиков не беспокоить. Валовая, 8»
Наташа перевернула тонкий листок грязно-серого цвета из-за расплывшейся во время печати краски принтера. Обратная сторона новостного листка была уже подпорчена следами ее пальцев. Текст в нескольких местах был смазан. Непонятно, почему, но она любила читать газету с конца. Выглядело это несколько неправильно, но, с другой стороны, она же все равно ничего не пропускала.