Справа налево, появляясь из рассеивающегося тумана и в него же уходя, лежала разбитая временем «бетонка». Изначально, в связи с экономией времени, ее строили из железобетонных плит, позже укрытых асфальтом. Теперь эти плиты торчали из-под него, рассохшиеся и потрескавшиеся от времени, осыпавшиеся под медленным, но неукротимым напором Пятен, вполне доходчиво демонстрируя, что в опасные времена смелые решения зачастую были более надежными, чем дальнейшие попытки отшлифовать трещины великой эпохи.
Давно умершие старики рассказывали доживающим свой век дедам о войне, к которой готовились две сверхдержавы. Американцы, разработавшие в конце сороковых годов двадцатого века развитую бомбардировочную авиацию, имели возможность нанести ядерный удар по крупнейшим городам Советского Союза. После войны в Корее угроза столкновения между странами возросла, и пришлось спешно разрабатывать комплексную систему защиты столицы.
В итоге вокруг нее построили зенитно-ракетные комплексы, расположенные на расстоянии до пятнадцати километров друг от друга и создающие, таким образом, сплошное поле поражения. Но в конце двадцатого века почти все было продано, либо заброшено, либо перепрофилировано, либо пришло в запустение, а «бетонки» переделали в обычные автомобильные дороги. Через тридцать лет после развала СССР часть точек была восстановлена, и небо над столицей нового государства оберегали уже новейшие военные разработки. После Катастрофы ракетные комплексы «Триумф», «Фаворит» и «Антей» были передислоцированы в неизвестном направлении, и опустевшие военные базы вновь привлекли мародеров и поисковиков всех мастей. Ичка усмехнулся. Разницы никакой нет: для своих ты поисковик или этот… как его… сталкер. А для чужаков – мародер. Ну, и наоборот. Все просто.
Вчера вечером командованию шестого сборного полка пришел приказ сопровождать двух поисковиков и нескольких гражданских, направляющихся прямо сюда. Мол, пришла информация о найденном здесь запасе «химии». Естественно, подобное заявление стоило того, чтобы незамедлительно начать проверку и, в случае подтверждения данных, эвакуировать всех в Сергиев Посад.
«Химия» нужна позарез. Время АЭС безвозвратно прошло. Последние из рабочих блоков отключали, со слезами на глазах покидая навеки уснувших великанов, родившихся на пике восхождения технической мысли человечества. Территории вокруг покинутых АЭС пустели столь же быстро. Жители перебирались к продолжавшим действовать гидроэлектростанциям, так как только возле них можно было получить электроэнергию для продолжения хоть какой-то жизни. В первое время строились и пытались обжиться на довольно большой территории, пользуясь тем, что воду и электричество можно было доставлять за несколько десятков километров. Но со временем изменившиеся флора и фауна планеты начали выживать людей, разрушая оставшиеся линии снабжения, нападая на тех, кто не успел укрыться за стенами городов.
Сколько там было городов до начала Катастрофы? Ичка попытался вспомнить, чему его учили в школе. Два миллиона шестьсот. Сколько сейчас осталось? Пятьсот? Триста? Сто? Все остальные захвачены симбионтами. Остаются, правда, территории, где симбионтов нет, но и человек там выжить не может. Радиоактивные пустоши, мертвые точки планеты, на которых гремели ядерные взрывы. Чаще всего взрывались реакторы атомных станций, вышедшие из строя из-за длительного срока эксплуатации или оставленные без надлежащего надзора. Хотя были и места, отмеченные страшными следами применения боевого оружия. Мексика, Корея…
С тех пор там никто не был, и говорят, что симбионты туда тоже не идут. Избегают отравленных человеком мест.
Ичка повернулся в сторону.
Нет. Показалось. Тихо все.
Он посмотрел на часы. Хомяк с разведчиками должны вернуться через полчаса, не позже. Наступает время смены фильтров. Черт возьми, как же нужна «химия»!
Сзади опять послышался приглушенный шум. Ичка обернулся. Одного из часовых кто-то снял ударом ножа. Второго, вопреки всем приказам стоявшего рядом с первым, уже опускали рядом со сломанной шеей. Вскинуть автомат и поднять тревогу Ичка не успел: два арбалета выпустили самодельные болты точно в намеченную цель…
– Что скажешь, лейтенант?
Морозов, хмурясь, посмотрел на подошедшего к нему начальника отдела. Леднев протянул руку для приветствия, после чего протер стекла защитных очков, на которые осела мокрая пыль, висевшая в воздухе вот уже двое суток подряд.
– Плохи дела. От инквизиции такое теперь не скроешь. Два грузовика, десяток пропавших гражданских. И столько же тел наших из шестого сборного полка.
– Теперь жди проверок от «носатых».
– Да уж. По факту, засада, конечно же, была организованной. Информация о запасе «химии» в этом месте была ложной.
– А тот, кто…
– Уже отправил за ним в ремонтный цех. Некто Коробов. Это от него сведения поступили. Сейчас проверяют его дело по месту регистрации, устанавливают круг знакомых и ведут опрос.
– Хорошо. Что еще?