— Войдите. — голос у Артема Игоревича при желании звучал холодно и слегка грозно. Ровно настолько, чтобы заглянувшая в кабинет девушка с копной крупных кудрей, прониклась и крайне вежливо проговорила:
— Артем Игоревич, здравствуйте. Вас ждут на кафедре лингвистики и филологии. Ольга Викторовна сказала, что вы на звонки не отвечаете и на сообщения.
У нее оказались огромные, как у мультяшки, глаза разного цвета: янтарно-коричневый, точно расплавленная карамель и пронзительно-зеленый. И чуть вздернутые к вискам аккуратные брови.
Артем красноречиво взглянул на Илью Романовича, который на это не обратил ровным счетом никакого внимания. Так как с интересом разглядывал девушку. Та же на него и взглядом не повела.
— Спасибо… — Артем красноречиво вздернул бровь.
— Арсеньева…Дарья…третий курс.
— Отлично, Арсеньева Дарья, я подойду. Спасибо, что сообщили.
— Стоять! — Илье Романовичу надоело изображать моргающую статую. — Я тебя где видеть мог?
Арсеньева забавно округлила глаза. Симпатичная специфической озорной внешностью.
— Я здесь учусь!
— Идите, Арсеньева!
После тихого рыка Артема девушка исчезла со скоростью вихря.
— А ты! — мужчина развернулся к другу. — Что ты начал говорить⁈
— Нет, я определенно где-то ее видел. — Илья Романович покачал головой. — А…да, племяшка сказала, что сегодня в половине девятого вечера у них файер-шоу на Театралке. И твоя Алексия там выступает. Что ты моргаешь. придурок?
— Сам придурок. — автоматически огрызнулся Артем, который уже лихорадочно обдумывал новость. — Так, я понял. Предлагаешь затаиться до этого времени, а затем приехать туда с цветами? Так вот что ты имел в виду, когда говорил про разговор лицом к лицу!
— Я рад, что ты еще не отморозил свои мозги!
Время приближалось к половине девятого, когда они подъезжали к Театралке. Одна из городских площадей. Примечательна огромным памятником: мужчина верхом на коне. Причем последнего скульптор изобразил выдающимся во всех смыслах.
Дождь так и не начался, да и ветер к вечеру окончательно стих. Погода для конца сентября установилась весьма даже неплохая. Так что площадь, освещенная множеством фонарей, сейчас была заполнена народом. Кто-то пришел просто насладиться наступившей золотой осенью, кто-то хотел посмотреть файер-шоу. Сегодня оно проходило рядом с фонтаном, который уже отключили на зиму.
На чуть шероховатой каменной плитке развернулось целое представление. Вот к нему сейчас и спешили оживленный Илья Романович и злобный как сотня демонов Артем с букетом гербер, ярких, как радуга. Второй не переставал сообщать приятелю кто он и куда ему следует пойти.
— Это самый тупой вариант извинения!
Они уже нашли свободный пятачок на парковке и теперь шли через нее.
— Да, но ты решил ему последовать. — Илья Романович развел руками, успев подмигнуть мимо проходящей девушке. — А то я тебя не знаю! Не захоти ты, то сразу бы в нокаут отправил и телефон забрал. Значит, ты считаешь, что я прав! Между прочим, девушки любят такие сюрпризы.
Артем красноречиво огляделся, но как специально вокруг оказалось пусто.
— А они, эти девушки, сейчас рядом с нами? — спросил с сарказмом.
Тут, как по заказу из машины вылезла пара молодых женщин, на которых Илья Романович моментально сделал стойку.
— Девушки, — а голос сразу стал таким…ну как у мартовского кота. Артем только головой покачал. Он в принципе, даже когда был свободным от обязательств, предпочитал связи не на один раз, а… ну хотя бы на месяц-другой.
— Мальчики⁈ — тут же откликнулась одна, моментально переходя в режим «коварная соблазнительница».
— Вот скажите мне, — продолжал Илья Романович пока Артем делал вид, что не с ним, — если вы поругались со своим парнем, он не отвечает на ваши звонки, а затем появляется внезапно там, где вы его не ожидаете увидеть, да еще с цветами и признается в любви. Вы его простите?
Незнакомки переглянулись. Артем сжал губы посильнее, чтобы не начать хохотать. Он примерно догадывался какой последует ответ. Но все же надеялся, что ошибается.
— Если мы поругались. — протянула одна, наматывая на палец светлый локон. — То точно первой звонить не буду! Не позвонит, значит и фиг с ним!
— Ну а если накосячили вы? — не сдавался Илья Романович, пыл которого резко утих.
Вторая девушка оказалась более прямолинейной.
— Неважно кто накосячил. Мужчина должен первым извинится. Все!
— Это был социальный опрос, спасибо за внимание! — Артем едва ли не за шиворот уволок Илью Романовича за собой. Но тот успел прихватить визитку первой, более мягкой.
Дальше шли молча. Артем на всякий случай молчал, чтобы не взорваться. Илья Романович, видимо, переживал сказанное незнакомками.
Уже подходя к месту, где скопилось больше всего людей Артем вдруг ощутил в груди странное ощущение. То самое, когда стоишь в аэропорту и ждешь очень близкого и дорогого человека. Ты стоишь, а сердце колотится о ребра и точно пытается вырваться и удрать вперед тебя.
— Вот поэтому я и не женюсь! — прозвучало многозначительно где-то сбоку. Это Илья Романович обрел дар речи.