– Ну, наконец-то кто-то сказал Марго правду, – расхохоталась Бэтти. – Соня, ты разбаловала дочь, у нее нет ни капли уважения ко мне! Она вечно корчит рожи, когда я прихожу.
Маргарита схватила со стола чашку, вылила ее содержимое тете за шиворот, потом швырнула посуду на пол и убежала с криком:
– Терпеть вас всех не могу, надоели хуже каши на завтрак.
– Доченька, овсянка очень полезна, – залепетала Соня, – могу тебе ее делать не на молоке, а на сливочках, с сыром…
Мартин встал и молча пошел в сторону калитки. Бэтти ринулась за ним.
– Ты тюфяк! Всегда молчишь! Немедленно накажи свою дочь.
– Каша на завтрак, оказывается, доченьке не нравится, – расстроилась Соня, – а я и не знала. Каждый день я варила Маргошеньке большую кастрюльку, да еще и добавочку ей всегда подкладывала.
Варя встала.
– Почему вы разрешаете Маргарите так гадко себя вести?
– Я добрая собака, – пояснила Соня, – и очень люблю свою девочку. Она чудесная, лучше всех на свете. А Маргошенька очень любит нас всех. Очень, очень, очень любит.
– Это вам только кажется, – отрезала Варя, – девчонка злая, противная, плохо воспитанная. Ее надо каждый день в угол ставить! Вот так! И вы не добрая, вы… вы… вы… глупая!
Выпалив последние слова, Варя развернулась и умчалась из сада.
Когда забор участка Сони оказался за спиной, дочь Лизы остановилась и перевела дух. В ее груди клокотало негодование. Варя никак не могла успокоиться, а еще ей почему-то хотелось зарыдать.
– Подожди, пожалуйста, – раздалось сзади.
Варя обернулась и увидела Катю, которая спешила по дорожке с корзинкой в лапе.
– Вот, – сказала она и протянула Варе плетенку, – не знаю, куда ты идешь, далек ли твой путь, но я положила тебе немного пирожков, булочки, яблокосливы. Фрукты помыла, они чистые.
Следовало поблагодарить Катю, и Варя собиралась сказать хорошие слова, но произнесла вдруг совсем другое:
– Как ты можешь жить в этом доме?
Катя улыбнулась.
– Я люблю Соню, Мартина, Марго, Бэтти.
– Ты их любишь? – поразилась Варя.
– Ну да, – кивнула Катя, – они же моя семья.
– С ума сойти! – подпрыгнула Варя. – Маргарита ведь такая грубиянка!
– Просто ее мама Соня очень боится, что получится, как с Леной, – вздохнула Катя, – Маргоша ничего не знает о Леночке, не понимает, почему родители постоянно о ней заботятся, окружают вниманием, от которого тошно, считает их глупыми. И безобразничает. А Бэтти опасается, что кто-то смутит Маргошу, как Леночку, вот и набрасывается на каждого, в ком подозревает подругу племянницы. Поэтому Бэтти на тебя сейчас и налетела. Лучше бы им, конечно, рассказать Маргоше всю правду про то, что случилось с Леной. Но они боятся. Понимаешь?
– Нет, – честно ответила Варя, – ничегошеньки не ясно!
Катя оглянулась.
– Здесь неудачное место для беседы, пошли, сядем на берегу речки Апельсинки.
– Она и у вас тоже течет? – обрадовалась Варя.
– Конечно, – кивнула Катя, бодро шагая вперед, – Апельсинка везде есть. А ты из семьи мопсов? Из Мопсхауса в деревне за Синей горой?
Варя собралась ответить «да», но вдруг поняла, что ей не хочется лгать Кате, но и правду сообщать она тоже не желает.
– Давай тут сядем, – плюхнувшись на траву, перевела она разговор на другую тему.
– Прекрасное место, – одобрила Катя и поставила на траву корзинку, – ты угощайся, а я расскажу.
Варя взяла пирожок, а лабрадориха тихо заговорила.
Когда у Сони и Мартина родилась первая дочь, Лена, они были совсем молодыми и испугались, что плохо воспитают щенка. Поэтому они решили держать дочь в строгости. Не баловали ее, не покупали много игрушек, требовали получать в школе исключительно самые лучшие отметки, не разрешали гулять с подругами. Лена росла тихой, скромной, хорошей собакой, никаких неприятностей она взрослым не доставляла. Потом в семье появился еще один щенок – Маргарита. Семья по-прежнему жила счастливо. Но однажды Леночка не вернулась из школы домой. Соня удивилась, когда старшая дочка вовремя не прибежала обедать, – и тут позвонила классная руководительница с вопросом:
– Что с Леной? Она не пришла сегодня на занятия.
В доме начался переполох, родители побежали в спальню к дочери и нашли письмо.
Катя закрыла лапками мордочку.
– Оно оказалось очень злым. Лена написала, что родители ее не любят, не балуют, только требуют прекрасных отметок… Много чего еще она там настрочила, и все это оказалось правдой. В конце было сообщение о том, что Лена подружилась с такой же несчастной, нелюбимой мамой енотихой Элен. Приятельницы решили вместе убежать как можно дальше от родителей. Письмо завершалось фразой: «У нас похожие имена, нас одинаково не любят родители, теперь мы навсегда вместе, енотиха и лабрадориха. А родителей мы больше знать не желаем». Конечно, Соня и Мартин кинулись к Елизавете…
Варя вздрогнула.
– К кому?
– Маму Элен звали Елизавета, – уточнила Катя, – она тоже оказалась в ужасе, ее дочь оставила точь-в-точь такое письмо.
У Вари похолодели лапки, а Катя продолжала:
