– Молодец, – похвалил Алису Леон, – сделай как положено и сразу беги в беседку.
Мафи отошла от окна, встала за углом дома, осторожно высунулась и принялась следить за входной дверью. Вскоре она распахнулась, во двор вышла Алиса в красивом платье, заперла створку и поспешила к беседке.
– Ха, – усмехнулась Мафи, – вход она закрыла, а про окно-то и забыла. Тем лучше для меня!
Мафи запрыгнула в окошко и оказалась в детской, пронеслась по ней стрелой, выбежала в коридор, увидела дверь с табличкой «Спальня родителей», дернула за ручку… раз, другой, третий. Потом возмутилась:
– Что за странные собаки! Они в своем доме все запирают! Ну и ну! Удивительные порядки! Что делать? Думай, Мафи, думай! Как попасть в помещение, если дверь на замке, окно захлопнуто… Как-как? Никак!.. Нет – неверное решение. Из каждого безвыходного положения непременно есть выход! Труба! В спальне должно быть тепло – так что у доберманов наверняка есть камин!
Мафи подпрыгнула и понеслась назад: детская, окно, сад. Встав на землю, она посмотрела на крышу и радостно взвизгнула.
– Ага! Вон они, трубы! И прекрасная лестница, по которой я легко влезу куда надо. Вперед!
Мафи ловко вскарабкалась на крышу. И опять начала размышлять вслух:
– Три трубы! Какая ведет в комнату старших? Ладно, начну с первой справа! О! В ней ступеньки. Логично! В дымоходы же забирается трубочист!
Мафи начала спускаться и в конце концов оказалась в детской.
– Ошибочка вышла, – чихнула собака.
– Ты кто? – испугалась пуховичка.
– Мафи! – коротко ответила покорительница камина.
– Она рыжая, а ты черная, – задрожала птичка.
– Потом обсудим цвет моей шкуры, сейчас не до пустой болтовни, – фыркнула Мафи, вывалилась в окно, опять залезла на крышу и пробормотала:
– Первая слева труба ведет в детскую, значит, мне нужна крайняя справа.
Отчаянно чихая и кашляя, Мафи проделала путь вниз и… опять очутилась в детской.
– Ты кто? – закричала пуховичка.
– Подожди, – отмахнулась Мафи. – И как я сюда попала? Загадка! Хотя нет. В первый раз полезла не в правую, а в левую! Я безголовая совсем! Трубы перепутала!
– Ты кто? – повторила пуховичка.
Собака чихнула.
– Мафи. Если через короткое время снова увидишь красавицу в саже, это опять буду я. Нет смысла пугаться. Поверь, от меня никакого зла, одна грязь. Ну, я пошла.
– Хорошей дороги, – пропищала птичка.
– О! Отношения налаживаются, – обрадовалась Мафи, – еще пару раз трубу перепутаю – и подружимся. Нет худа без добра.
Встав в очередной раз около дымоходов Мафи постучала себя лапой по лбу.
– Голова, думай. Ну и что голова намыслила? Лезь, Мафуня, в ту ерунду, что посередине. Вперед!
Не прошло и секунды, как собака очутилась в незнакомой комнате с большой постелью – и от радости принялась плясать. Сажа полетела в разные стороны, на ковре остались черные следы, шкаф, который открыла путешественница, тоже весь испачкался. Но Мафи не было дела до грязи, она ликовала:
– Ура! Вот он, ключик от клетки!
– Ты кто? – пролепетала пуховичка, когда Мафи распахнула дверцу ее клетки.
– Да какая тебе разница, – чихнула Мафи, – улетай скорей, пока доберманы не вернулись.
– Но я хочу знать, кого благодарить, – уперлась Ляля, – ты спасла мою семью!
Мафи встряхнулась, сажа с ее шерсти взлетела в воздух и осела по всей детской.
– Если ты решила сказать мне «спасибо», то знаешь что сделай? Прости Жози! Она не желала тебе зла, просто по своей привычке не выслушала до конца того, кто обратился к ней за помощью, не разобралась, зачем щенку клетка. Жози искренне была уверена, что совершает доброе дело.
Ляля молчала.
– Это единственное «спасибо», которое мне нужно, – добавила Мафи, – я не хочу, чтобы о моей кузине плохо говорили. Она еще маленькая. Вот твои дети всегда поступают правильно?
– Куда там, – махнула крылом Ляля, – вчера угостили дедушку конфетами. А моему папе доктор строго-настрого запретил сладкое. Дедуля увидел, что внуки чай с шоколадками пьют и пожаловался, что у него даже мармеладки к чаю нет.
Птенцы ему тут же полную тарелку трюфелей насыпали и радовались: «Мы хорошее дело совершили, старенького дедушку угостили!» А папе моему плохо стало, врача вызывали.
– Вот и Жози такая, как твои птенцы, – вздохнула Мафи.
Пуховичка села Мафи на плечо и обняла ее крыльями.
– Ты права. Нельзя злиться на неразумную мопсишку. Однако некоторые шалости деток могут здорово осложнить жизнь взрослых. Я очень испугалась.
Мафи прижала к себе пуховичку.
– Я бы на твоем месте от страха в обморок упала. Ты отлично держалась. Ну, лети скорее домой!
Ляля перескочила на подоконник и воскликнула:
– Если я когда-нибудь понадоблюсь тебе, ты только позови – вмиг прилечу!
– Спасибо, – поблагодарила Мафи.
– Ты вся в саже перемазалась, – засмеялась Ляля.
– Жаль, ты себя не видишь, – хихикнула собачка, – посидела у меня на плече – и стала больше на ворону похожа, чем на пуховичку.
– Что тут произошло? – раздался из коридора голос Алисы. – Весь дом в саже! Милый, к нам залезли посторонние.
– Доберманы вернулись, – прошептала Мафи.
