Лекарство от верности полностью

– Приехала, соскучилась, а ты? – сказала я.

И опять появился бесконечный хаос, в котором медленно плыли два существа, отбиваясь от линий и комет руками, разводя их по сторонам. Этими существами были мы. Больше никого. Только мы. Остальные остались внизу. Со своими земными заботами. Мы кувыркались и отталкивались ногами, превозмогая невесомость, забыв о земном притяжении. Наши тела превратились в длинные небесные кометы.

– Ты скучала? – разнеслось в мире хаоса.

– Скучала, я сильно скучала, – крикнула я.

Крик подпрыгнул и ударился обо что-то, наверное, он столкнулся с металлической реальностью. Эхо забилось в груди. Я очнулась. Появились первые звуки человеческих голосов. Мы опустились на землю. И все равно нас было двое. И мы были рядом.

– Приезжай прямо сейчас, – сказал он.

– Не могу, когда-нибудь потом, – сказала я.

С включенным телефоном я неуклюже пробиралась к выходу. В автомобильном скоплении нашла какую-то машину, села и махнула рукой, указывая водителю дорогу. Мне не хотелось отключать телефон. Пусть мы навсегда останемся вместе. В одной космической орбите.

Домашние дела втянули меня в болотную трясину повседневности, к тому же прибавились заботы на работе. Производственная суета отвлекла ненадолго. Любовь пробила брешь в толще суетливых будней. Изредка сквозь пелену рутины мне слышался родной голос: «Ты скучала?» Любовь безнадежно висела в воздухе, как старая, всеми забытая гирлянда, запылившаяся от времени. А на работе меня ждали открытия, в приемной появилось эфемерное создание, легкое и воздушное, как праздничный сувенир.

– Простите, я не знакома с вами, только что из командировки. Не знаю вашего имени, – сказала я, искоса оглядывая молоденькую референтку.

Не придраться, само совершенство. Точеная фигурка. Правильные черты лица. Искусный макияж. Стильная стрижка. Офисная одежда. Ничего лишнего – ни в лице, ни в антураже.

– Людочка, – сказала девушка, слегка покраснев от смущения.

Я нервно закашляла.

– А сколько вам лет? – спросила я. – Восемнадцать?

– Двадцать четыре, – шепнула Людочка, – только это большой секрет. Никому не говорите, пожалуйста. Я такая старая, просто ужас!

И она с силой заколотила по клавиатуре, видимо, рассердилась на свой возраст. Людочка уже всерьез подумывает о зрелости, размышляет, переживает. А что же мне делать дальше, как жить с этим тяжелым, невыносимым грузом?

– Людочка, а у вас есть отчество? – поинтересовалась я.

В нашем управлении всех референтов называют только по имени.

– Ой-ой, что вы, – замахала полуобнаженными руками Людочка, – только не по отчеству. Я боюсь. И так уже первые морщины появились, – она смущенно опустила рукава джемпера.

Меня даже перекосило от раздражения. Кажется, новенькая издевалась надо мной. Ее просветили в мое отсутствие, что начальником отдела является солидная женщина, то есть я, Варвара Петровна Березкина. Теперь секретарша будет изводить меня своей молодостью.

– Вы замужем? – зачем-то поинтересовалась я.

В сущности, мне было все равно, замужем Людочка или нет, я вежливо и бесстрастно улыбалась.

– Н-нет, пока не замужем, – неохотно промямлила Людочка.

– Это хорошо, – сказала я и вышла за дверь.

Меня даже затрясло от злости. Новая сотрудница пробила брешь в моем спокойствии. Я встретилась лицом к лицу с молодостью. И счет оказался не в мою пользу. Это была Димина ровесница. Вдвоем они могли бы представить обществу вполне подходящую пару для создания семейного очага. Людочка – свободная барышня. Дима – свободный юноша. Чем они не брачная пара? Почему судьба впутала меня в клубок ошибок и заблуждений, мне ни за что не выпутаться из него без посторонней помощи. Присутствие в нашем отделе юной Людочки постоянно будет напоминать о недопустимости серьезных отношений между солидной женщиной и молодым мужчиной. Опять к горлу подступило немое отчаяние. Тупое и тоскливое отчаяние изматывало душу. Изводило сознание. Путало мысли. Я вернулась в приемную.

– Людочка, а молодой человек у вас есть? – спросила я.