Однако сегодня Марина чувствовала небывалый подъем. Для «Арктики» открылась уникальная возможность, на которую она даже не рассчитывала, и, хотя оставался некоторый риск, Марина почти не сомневалась в успехе.
— Ты сияешь как новый доллар, — заметил Адамов, когда они направлялись к ресторану. — Неужели так рада меня видеть?
— Иногда мне кажется, что в тебе есть что‑то от мазохиста, — хмыкнула Летова, прижимаясь к нему. — Ты специально подставляешься, задавая вопросы, на которые хочется ответить сарказмом?
— Конечно, специально, — кивнул он, открывая дверь и пропуская ее вперед. — Ты так беззастенчиво счастлива, когда кого‑то унижаешь.
В ресторане было шумно и людно. Звезды отечественной эстрады и медийные персоны хвастались нарядами и налегали на угощение. В паузах между номерами шоу‑программы Адамов завязывал общение с теми, с кем еще не был знаком, с аристократической грацией раздавая визитки. А Летова позволила себе пару бокалов мартини и любезничала с гостями.
Она знала, что стоит держать свою фантазию в узде, но все‑таки вообразила чарующую картинку: миллионные просмотры на Ютубе, группа «Арктика» в топовых музыкальных чартах…
Сразу после беседы с Крестовским она позвонила Вадиму.
— У меня есть две новости, — без обиняков сказала Летова. — Хорошая и плохая.
— Начни с плохой.
— В Сочи вы не поедете.
— Так.
— А хорошая новость в том, что у меня есть для вас кое‑что покруче.
* * *
Решение созрело неожиданно и было таким простым, что Марка чуть по лбу себя не стукнула: как же ее раньше не осенило? Надо привлечь журналистов!
До районного центра, находившегося в шестидесяти километрах к северу по трассе, добралась на рейсовом автобусе. Выйдя из автовокзала, Марка на несколько минут задержалась на пирсе, любуясь дрожащим полотном реки — такой широкой, что противоположного берега не увидишь, как ни напрягай зрение. Амур волновался под порывами ветра, дыбился пенными волнами, сердито впечатывая их в бетонные сваи. Редкая река может потягаться с Амуром в суровой мощи и животной дикости.
На главной улице райцентра Марке пришлось остановить пятерых прохожих, прежде чем ей подсказали адрес местной редакции. Пятнадцатью минутами позже Мара уже стояла возле двухэтажного особняка, в правом крыле которого располагалась редакция газеты «Сельские новости», а в левом — магазин и турфирма. Она нырнула внутрь, прошла по пустому коридору, гадая, в какой кабинет зайти. На дверях висели таблички «Редактор», «Корректорская», «Культура». Она остановилась перед дверью с надписью «Отдел информации».
Марка постучала и вошла в кабинет, оказавшийся таким крошечным, что там едва умещались заваленный бумагами стол и книжный шкаф. Седой мужчина в светлом пиджаке вздрогнул от неожиданности.
— А? Ты к кому, чудесное создание?
— К журналистам. У меня есть злободневный материал.
Мужчина растроганно улыбнулся:
— Какая умница! О чем у тебя материал? О школьном празднике?
— Нет, все гораздо серьезнее.
— Тогда пошли на крыльцо, я покурю и послушаю.
Маркин рассказ собеседника заинтересовал. Он курил уже третью сигарету, то и дело стряхивая пепел в цветочную клумбу. Девушка хотела отчитать его за наплевательское отношение к растениям, но удержалась. Этот журналист — ее единственная надежда. Надо проявлять больше такта.
— Я записала вам телефон нашего лесхоза и фамилию директора, если вы туда будете звонить. И начертила схему, как проехать к месту вырубки, вот. — Она протянула свернутый листок.
Мужчина с интересом развернул его, некоторое время изучал и сунул в карман:
— И откуда ты такая активная выискалась? Я проверю твою информацию. Если она верна, то напишу статеечку.
Мара просияла:
— И когда она будет опубликована?
— Какая ты шустрая! Понадобится неделька‑две, чтобы разобраться. — Журналист снова стряхнул пепел.
— Вон же урна, зачем цветы портите? — не сдержалась Марка.
— Ишь ты, не девка, а огонь! — одобрительно отметил он, пожимая ее плечо. — Позвонить‑то тебе куда‑то можно? Предупредить, чтобы газетку купила?
Всю следующую неделю Марка пребывала в приподнятом настроении, о причинах которого не рассказала даже подруге Варьке, боясь спугнуть удачу. Дождавшись понедельника, она с волнением позвонила в редакцию.
Журналист сразу узнал ее:
— А, это ты, природозащитница? Извини, не могу тебя порадовать. Главному редактору материал не показался актуальным.
Мара положила трубку.
Вечером она сообщила матери, что на один день съездит по делам в Хабаровск. Вера Ивановна отставила в сторону утюг.
— В Хабаровск? Это триста километров от поселка! По каким делам?
— Мне надо в краевую газету.
— Зачем? — Мать испытующе посмотрела на дочь.
— Мам…
— Зачем тебе в краевую газету? — Вера Ивановна начинала нервничать.
— Хочу, чтобы напечатали заметку. — Марка мысленно готовилась к тому, что мать закатит истерику.
— Заметку про лес? Ты до сих пор не оставила эту затею?
— Не оставила.
— Я тебя не отпущу одну, а мне некогда тебя сопровождать.
