– Я верю своему начальству не больше чем ты своему. Да и оснований верить все меньше и меньше
– А я предупреждал…
– Что было, то было.
– Как там… будем!
– Будем.
Ван Зант одним глотком допил
– Не так уж плохо – подытожил он – с работой у тебя как?
– Работа есть. Да и за ветряки местные энергетики платят хорошо, можно и не работать. Что привело тебя сюда…
– Скажем так – потребность в твоем мнении.
– Оно еще кому-то интересно?
– Мне. Я прекрасно помню Юрий, что без тебя был бы просто еще одной рабочей клячей. Без перспектив
– Не подлизывайся.
– Это правда. Мы с тобой десять лет работали рука об руку в Москве, ты и я. Может, если бы не получилось то, что получилось, не было бы такой ж… какая есть сейчас. Но я всегда учился у тебя. И этого не стыжусь. Мы, американцы – плохие шпионы.
Русский разлил еще бренди
– Ладно. Допустим, я поверил. Но у меня сейчас нет доступа ни к чему. Столько лет прошло…
– К твоей голове доступ у тебя есть всегда. Мне надо, чтобы ты выслушал одну историю. И сказал, что ты думаешь.
Русский отхлебнул бренди
– Обожаю истории…
***
Когда Ван Зант закончил рассказ, русский какое-то время сидел молча. Потом спросил
– Ну и чего ты хочешь?
– Первое. Как ты думаешь, это провокация?
– Нет.
– Почему?
– Слишком топорно чтобы быть ею. Если бы кто-то задумал провокацию, приманка выглядела бы совсем иначе.
– Вот и я так думаю. Тогда что это?
Русский задумался
– Ты знаешь, в Афганистане мы столкнулись с тем, что некоторые наши солдаты начали переходить на сторону противника. Представь себе – наши солдаты переходят на сторону грязных дикарей.
– У нас во Вьетнаме такое иногда случалось – заметил Ван Зант – та же история с Интрепид-428.
– Не путай. Четверо с Интрепида обратились к СССР, а не к вьетнамским партизанам.
– Как насчет Джейн Ханой29?
– Это просто игра на публику. Не более. Я тогда работал в третьем управлении, занимался некоторыми подобными случаями. Конечно, некоторые бежали от издевательств старослужащих и сержантов
– Дедовщина – блеснул Ван Зант
– Она самая. Но такими были не все. Некоторые отказывались от переправки в США и добровольно оставались с моджахедами, даже брали в руки оружие. У Ахмад Шаха Масуда под конец войны русский был начальником охраны30. Почему так?
– Стресс?
– Не ищи простых решений! Это не стресс!
– Тогда что же?
– Видишь ли, для русского большое значение имеет правда. Это слово, кстати, не имеет адекватного перевода на английский. Слово Truth – означает всего лишь соответствие фактам. Для русского же, правда больше чем простое соответствие фактам, это соответствие действительности некоему идеалу, божественному замыслу. И если правды нет – в словах, в делах – для русского это мучительно. Далеко не все выдерживают.
– Ты хочешь сказать, они видели правду на стороне моджахедов?
– А почему бы и нет? Мы вломились в их страну, никому не объяснив, зачем. Далеко не все верили в коммунизм в восьмидесятые. Солдаты видели разоренные деревни, следы бомбежек. Многие сами убивали. Понятно, что рано или поздно многие начинали задавать вопросы. И ответы – часто были такими, что замполиты были бы не в восторге. А некоторые пошли дальше. Переступили черту.
– То есть, ты хочешь сказать, что это могут быть русские, которые приняли радикальный ислам и ищут контактов с нами? Рассчитывают на нашу помощь?
– Возможно.
– Но это же бред!
– Почему?
…
– Ленин же получал помощь от германского генерального штаба. Он даже заключил мир с немцами, хотя его партия едва не раскололась на этом. И в итоге – он ведь выиграл. Он просто переложил тяжесть ведения войны на Запад, а потом пожал плоды. Путин кстати делает нечто подобное в Афганистане…
…
– Русские намного менее щепетильны, когда нужны союзники. Знаешь выражение – постольку – поскольку?
???
– Мы будем с вами до тех пор, пока вы делаете то, что нужно и выгодно вам. Потом мы вас предадим – в первый момент, как это станет выгодным.
Ван Зант помолчал. Потом сказал
– Налей еще. Мне надо выпить.
***
– … то есть, ты хочешь сказать, что они рассчитывают на нас в борьбе с Россией?
– Именно. Скорее всего, так оно и есть.
– Но это неприемлемо.
– Почему?
– Мы не можем поддерживать террористическое движение
– Но в Ливии, же поддержали.
– Да, но там…
…
– У вас есть слабое место, мой друг. Когда вы встречаете человека, которого не знаете, и он вам что-то говорит, вы думаете, что он говорит правду, пока не доказано обратное. Мы, русские – думаем, что он лжет, пока не доказано обратное.
…
– Они сказали вам, что борются против диктатора и за свободу. И вы поверили им, не уточнив, а что в их понимании свобода?
– Налей мне еще…
***
– … то есть, ты думаешь, что с ними стоит встретиться.
– Конечно.
– Но что если они намереваются … бросить нас, как Ленин бросил германский генштаб
– Ты так ничего и не понял. Они обязательно попробуют кинуть тебя.
– И что делать?
– Кинь их первым…
04 декабря 2019 года. Лэнгли, штат Виргиния. Контртеррористический центр имени Джорджа Буша
