Открылись ворота, выехал джип, место над ним так же хорошо освещено, как и площадка перед воротами дома напротив. И перекресток под инфракрасной подсветкой, но камера установлена так, что машина закрывала его практически целиком, а то, что находилось в зоне видимости, перечеркнуто движущимися тенями — мерцание, блики.
А перекресток крестообразный, к воротам соседнего дома Гаврилов мог выехать по прямой. Но по этой же прямой из темноты на него выехало нечто другое, гораздо меньших размеров, чем автомобиль. Откуда-то из темноты между опорными столбами калитки выехало. Промелькнуло в кадре и скрылось под машиной, тут же грянул взрыв, и видимость упала до нуля. Момент этот едва не затерялся в бликах теней, Ролан просмотрел запись несколько раз, пока разглядел подозрительное движение.
— Радиоуправляемая модель, — вслух размышлял он. — Возможно, без камеры.
— По прямой запустили? — пожал плечами Крынкин.
— Нацелили и запустили.
— Все равно коррекция нужна, это же не пуля, чтобы по прямой лететь, чуть подпрыгнула, и уже в сторону…
— Если камеры не было, значит, наводчик где-то рядом находился. И не промазал. Обратно только колесико вернулось… — усмехнулся Ролан. — Я думаю, взрывник с клиренсом немного не рассчитал, машинка сразу под бампером рванула… А может, он знал, что так будет, поэтому и заряд усилил.
— Заряд усилил… Это чудо, что людей поблизости не было.
— Нас, Кирилл Олегович, другое чудо сейчас интересует. Которое установило машинку и навело ее на цель. Не на парашюте же дрон опустился.
— Может, машина подъезжала, — пожал плечами Крынкин.
Ролан кивнул. Калитка соседнего дома находилась в зоне видимости камеры, но машина могла перекрыть обзор. Подъехать незаметно для камеры и выгрузить пассажира, который, установив дрон, вернулся обратно.
Крынкин отмотал назад, остановил на одной проезжающей мимо машине, на другой. Ни одна из них не останавливалась. Надо дальше листать назад.
— Ладно, ты давай работай, а я пойду! — Ролан поднялся, собираясь уходить.
— Это вы без меня никуда больше не уходите, — добродушно усмехнулся Крынкин. — А то мало ли!
— Тьфу-тьфу!
За последние полгода Ролан перенес три операции, титановые пластины, к счастью, вживлять не пришлось, раны затянулись и без вкладышей, но дискомфорт он испытывал. И сейчас возникло ощущение, что в голову через открытые раны поступает холодный воздух. В теплое помещение он входил, не снимая шапки с опущенными ушами, без нее Ролан чувствовал себя голым.
— Я серьезно, если куда-то понесет, я с вами… В интересах дела, между прочим.
— Ну да, — кивнул Ролан.
Он ведь не просто упустил тогда Начетникова, а потерял его навсегда. Пропал Сева, бесследно пропал, и вряд ли он где-то прячется. Наверняка спрятали его там, откуда не возвращаются. И нетрудно догадаться, кто это сделал.
— Сорокин тоже стройматериалами занимался, бетонозавод держал. А кто у нас в городе главный строитель, кто цемент и бетон держит?
Сорокин, увы, не выжил, умер в больнице. Пережил операцию, вышел из наркоза, состояние стабилизировалось, думали, угроза жизни миновала. Но, увы… Возможно, ему помогли умереть, но дознание постороннего вмешательства не выявило. Если не считать пули, которую выпустил в него киллер.
— Валушин Ярослав Павлович, генеральный директор компании Святкинский цементный завод. Дважды судим, незаконные валютные операции и еще что-то, кажется, мошенничество, пятьдесят восемь лет, женат, дети, внуки.
Ролан твердо знал, что вернется в Святки и доведет начатое дело до конца, поэтому в больнице изучил всю информацию об отцах города, которую смог предоставить ему Косов. А память у него крепкая, он, конечно, мог потерять ее, но только целиком.
— С Валушиным шутки плохи, — кивнул Крынкин. — А Сорокин этого не понял. И Гаврилов, видимо, тоже.
В дом зашла жена погибшего в сопровождении галантного Беглова. Он помог ей снять шубу, она поблагодарила кивком, но при этом глянула на него так, будто хотела прихлопнуть, как муху. Достал он ее, не верила вдова, что следствие сможет выйти на убийцу, хотела, чтобы ее поскорее оставили в покое.
Ролан тоже собирался задать вопрос молодой вдове, и Беглов это заметил.
— Журавлев, что там у вас? — барственно поморщился он.
— Вопрос у меня насчет соседей, тридцать первый дом напротив. Окна там выбиты, ворота повреждены, а хозяев не видно.
— Так уехали Чеботаревы…
Гаврилова на Ролана также глянула, как на назойливую муху, и, скорбно вздохнув, добавила:
— В Сочи на неделю уехали, на старый Новый год будут… Мы с Игорем собирались, да у него дела…
— Эти дела как-то связаны с гражданином Валушиным?
— Валушин, Валушин… Что-то знакомое.
— Может, Валушин имел виды на ваш завод?
— Журавлев, иди работай! — едва не топнул ногой Беглов. — Без тебя тут разберутся!. Крынкин, а ты что здесь делаешь?.. Анастасия Дмитриевна, пройдемте!
— А ключи от дома Чеботаревы случайно не оставляли? — уже вдогонку им спросил Ролан.
Ключи Чеботаревы, как выяснилось, оставляли. И за домом просили присмотреть. А в доме беда, стекла выбиты, может, искра на ковре где-то тлеет, пожар намечается…
