Рабочий день еще не закончился, а над городом сгустились сумерки. Мягко и мелко падал снег, по лобовому стеклу тихо постукивали «дворники».
Подъезд к дому Чеботаревых занимал черный «Мерседес» представительского класса, сзади стоял «Гелендваген». Ролан припарковал свой не первой молодости «BMW X5» спереди, но на приличном от «Мерседеса» расстоянии. Широколицый, атлетического сложения охранник преодолел это расстояние в два прыжка.
Ролан предъявил удостоверение, кивком показал на «Мерседес».
— Кто там?
— Неважно, — отрезал мужчина.
Взрослый, под сорок, суровые черты лица, жесткий взгляд. В каждом шевелении мысли чувствовалась безоговорочная готовность исполнить любую волю хозяина.
— Я ведь узнаю. И в розыск объявлю, как подозреваемого.
— Валушин Ярослав Павлович, с Гавриловой разговор, — выдавил из себя охранник.
— А почему не в доме?
Мужчина скривил губы, кивком показав на обгоревшие, иссеченные осколками ворота. И труп, и остов машины уже забрали, но память о катастрофе осталась. Слишком живая память, чтобы Валушин смог переступить через себя и через место происшествия. Лучше в машине с Гавриловой поговорить, тем более что пугать ее уже необязательно, она и без того готова заключить невыгодную для мужа сделку. И продать его наследство.
Задняя дверь «Мерседеса» всего лишь приоткрылась, охранник вздрогнул, как будто над его ухом тряхнули колокольчиком, подскочил к машине, угодливо нагнулся, выслушал своего босса, что-то ответил и распахнул дверь.
Господин Валушин выглядел ровно на свои пятьдесят восемь. Но выглядел хорошо. Роста чуть выше среднего, не худой, но и не толстый, пожилой, но еще далеко не старик. Чувствовалось, что усиленная утренняя и, возможно, даже вечерняя гимнастика — норма его жизни. В глазах бодрость человека, готового дожить до ста лет в хорошем здравии. На Ролана он смотрел строго, но угрозы в его взгляде не чувствовалось.
— Следственный комитет?
— Подполковник юстиции Журавлев.
— Мне говорили о вас, подполковник. Это же вы вышли на убийцу Саши Сорокина.
— Да, но не установил, кто его заказал, — с каменным выражением лица ответил Ролан. Ни к чему выдавать свое предвзятое отношение к Валушину, тем более что он и сам все понимает.
— Я наводил справки, это действительно было заказное убийство, — кивнул Валушин.
— И гражданина Гаврилова убили не просто так.
— Я не знаю, кто его заказал! — Валушин сделал над собой усилие, чтобы твердо смотреть в глаза собеседнику. Но уверенности ему все-таки не хватало.
— И не догадываетесь?
— Догадываюсь. Есть один человек… Но это всего лишь догадки, их я оставлю при себе. И вы, если у вас есть какие-то неоправданные предположения, держите их при себе… Я же вижу, вы подозреваете меня.
— Неоправданно?
— Я предлагал Сорокину продать бизнес. Цену предложил реальную. Он согласился.
— Зачем вы приехали к гражданке Гавриловой?
— Во-первых, я хотел бы поддержать Настю в ее горе. Во-вторых, я не отказываюсь от планов по расширению своего бизнеса, и Настя может мне в этом помочь.
— Настя?
— Настя — дочь моего хорошего знакомого, я знаю ее практически с детства. Поверьте, смерть ее мужа — это удар по мне. У вас все?
— Я бы не сказал.
— У вас все! — жестко отрезал Валушин и, не прощаясь, скрылся в своей машине, а через несколько минут из нее вышла Гаврилова.
Ролан сидел в своем БМВ, курил, и Анастасия, проходя мимо, бросила на него благодарный взгляд.
Шапочка на ней меховая, норковый полушубок, брюки в обтяжку, зимние сапоги на тонком каблуке, сумочка. Похоже, она куда-то собиралась, когда появился Валушин. А может, собиралась именно к нему.
Гаврилова скрылась во дворе, «Мерседесы» уехали. Ролан подошел к калитке, собрался нажать на клавишу звонка, но ворота стали открываться. Медленно, со скрипом и усиливающимся дребезжанием, но открывались.
Он зашел во двор и увидел стоящий под парами «BMW X6» бордового цвета. В машине сидела Гаврилова. Ролан подошел к ней, и она открыла дверь.
— Куда-то собираетесь, Анастасия Дмитриевна?
— В Москву. Квартира там у нас. Или вы прикажете здесь ночевать? — нервно, но не зло спросила она.
— Я вас прекрасно понимаю. И не смею задерживать.
Ролан открыл папку, вынул оттуда повестку, снял колпачок с авторучки.
— Что это? — удивленно посмотрела на него Гаврилова.
— Повестка. Завтра в одиннадцать ноль-ноль жду вас в своем кабинете.
— И что мне, из Москвы возвращаться?
— Вы там собираетесь оставаться?
— А что мне здесь делать?
— Неужели завод вашего мужа переходит под внешнее управление?
— Уже давно перешел, если вы имеете в виду Валушина. Игорь давно уже под его дудочку пляшет… Плясал.
— Отплясался Игорь. Может, дудочка слишком громкой оказалась?
Гаврилова выразительно показала на открытую дверь:
— Мне так холодно… Можете в машину сесть.
Когда Ролан сел на переднее сиденье рядом с ней, она произнесла:
— Если вы думаете, что это Валушин заказал Игоря… — и вдруг замолчала.
— А что, мог заказать?
— Не знаю. Знаю только, что Ярослав Павлович крутил Игорем, как хотел.
— Вашего мужа это тяготило?
