Более невежественной критики невозможно себе и представить. Смысл обеих историй абсолютно утрачен для тех, кто не смог увидеть в них контраста, а лишь увидел, что оба этих случая произошли из одного. Апостол убеждает нас в том, что скала есть Христос. В книге Исход эта скала была разрушена по божественному указу, но карающим жезлом Моисея. Дар Духа исшел от Христа после того, как Он был убит и пострадал за нас. В книге Чисел, наоборот, Моисею было приказано взять этот жезл (то есть божественный жезл Аарона), и было велено Моисею и Аарону сказать скале в глазах народа, чтобы она дала из себя воду. Но здесь они потерпели неудачу, ибо Моисей дважды ударил по этой скале. Таким образом, они не поверили ему, чтобы явить святость Бога перед Израилем. Теперь удар по скале был настолько же неправильным действием, насколько неправильным был предыдущий удар, и в результате этого неправильно был использован карающий жезл Моисея. Повторение действия уничтожения является неуместным. Если бы Моисей только сказал скале, держа в руке жезл - священнический жезл, знак благодати, производящий плод смерти, - то все произошло бы согласно намерению Бога и пища его благоволения помогла бы слабому и грешному народу пройти через пустыню. Неправда то, что в Числ. 20, 1-13 использованы разные документальные источники, как является заблуждением и то, что в Исх. 17, 2-7 Иегова характеризует то и другое.
То, что затруднение может вызвать название “Мерива”, будучи дважды использовано в этих двух, явно противоположных случаях, в которых человек вёл себя одинаково дурно, а Бог одинаково милосердно, лишь доказывает склонность к придиркам, особенно когда в первом случае израильтяне своим роптанием добились особого имени, которое не было им дано во второй раз.}, потому что сыны Израиля спорили с Богом и искушали его, говоря: “Есть ли Господь среди нас, или нет? ” Сразу же после этого израильтяне вступили в сражение с амаликитянами, этими гордыми врагами Израиля, в Рефидиме. Иисус Навин (который всегда представляет Христа, действующего через Духа) сразился с ними и победил, в то время как Аарон и Ор поддерживали отяжелевшие руки Моисея на вершине холма. “И сказал Господь Моисею: напиши сие для памяти в книгу и вну ши Иисусу, что Я совершенно изглажу память Амаликитян из поднебесной”. Значение этого для христианства весьма очевидно. Добровольный дар Духа Бога в нашей жажде и изнурительности зависит просто от Христа, страдавшего за нас, - Христа, подвергнутого осуждению и наказанию, попавшего под жезл Бога, тот самый, которым ударили по скале. Как тогда нашлись живительные потоки, так и теперь Святой Дух, как нам известно, не был дан, пока не прославился Христос в результате искупления. Но ведь за этим следует не суббота, а сражение с врагами. Амалик должен был быть побеждён.
И здесь проявляется ещё один принцип огромной важности. Для верующего не является доблестью или мудростью то, что обеспечивает победу. Ведь эта победа полностью зависела от посредника, сущего на небесах.* {*Разве не написано в буквальном смысле, что “рука на престоле Господа: брань у Господа против Амалика из рода в род”? Авторизованный перевод выражает такой смысл.} Моисей здесь был всего лишь прообразом, и, следовательно, налицо была слабость. Аарон и Ор с обеих сторон поддерживали его под руки, когда они отяжелели, и поэтому была обеспечена победа народу Бога. Какой бы ни была эта сила, ничто не освобождает их от зависимости. Они должны были почувствовать необходимость своей зависимости от того, кто не участвовал непосредственно в этом сражении, но, находясь вне его, влиял на его исход. Они должны были сражаться; но победа зависела от того, кто просил за них на холме. Стоит ли мне добавлять, что мы имеем лучшего, чем Моисей, который не нуждается в том, чтобы Аарон или Ор поддерживали его руки, когда Он ходатайствует за нас? Тем не менее остаётся истинным то, что, хотя эта победа была гарантирована, сражение необходимо было вести до самого конца. “И устроил Моисей жертвенник, и нарёк ему имя: Иегова Нисси. Ибо, сказал он, рука на престоле Господа: брань у Господа против Амалика из рода в род”. Эта война должна была непрерывно вестись его народом; но это война Господа. Что человек может сделать нам?
