«Я вас предам партийному суду, мы вас расстреляем. Приказываю продолжать работу и не мешать мне работать». Так сказал ему неожиданно Ленин, которому показалось, что партийные военные специалисты нерешительно подавляют мятеж генерала Краснова, шедшего на Питер. Ильич взял командование на себя лично, вызывал военных в свой кабинет, отдавал им приказы через голову Подвойского. Вот тогда-то появился ленинский приказ — путиловцам бронировать площадки паровозов, ставить на них имеющиеся на Путиловском заводе пушки, везти на позиции блиндажные балки, тогда приказал реквизировать у извозчиков лошадей и запрячь их в пушки… Образовался фактически второй штаб в кабинете Ленина, с которым попытался поспорить Николай Ильич. Но Ленин поставил его раз и навсегда на место.
Из воспоминаний Данишевского приведу еще один замечательный эпизод. Вот, прибыв с Восточного фронта как член Военного совета, докладывает он вождю, что при борьбе с трусами и дезертирами приходилось выставлять против них… пулеметы! Такого в царской армии, да ни в одной армии не практиковалось. Что на это услышал? «При рассказе о трусах и дезертирах Владимир Ильич вплотную приблизился ко мне и, смотря на меня в упор жестким, не допускающим возражений блеском глаз, немного прищурившись, сдавленным голосом сказал:
— Правильно… если необходимо, то расстрелять, чтобы видели трусы и дезертиры». Вот как разволновался, даже голос потерял, когда повеяло смертью. Чужой.
Расстрел как форма подавления — это развитие бонапартизма в эпоху империализма и пролетарской революции, скажу, эксплуатируя метод мышления вождя. 30 августа 1918 года Ленин приказывает по телеграфу Троцкому отдать под суд и расстрелять высший командный состав в связи с неудачами на Казанском фронте. 7 сентября телеграфирует: «Уверен, что подавление казанских чехов и белогвардейцев, а равно поддерживающих кулаков-кровопивцев будет образцово-беспощадное».
Еще несколько цитат из ленинских телеграмм:
«Бандитов карать беспощадно!»
«Дезертирам не давать пощады!»
Если так приказывал вождь, то что же вытворял рядовой «человек с ружьем», проводивший политику партии на местах?
Была такая революционерка, Евгения Богдановна Бош, член партии с 1901 года, чекиствовала на Украине, будучи членом правительства республики, подавляла сопротивление крестьян в Пензенской губернии, как пишут, умерла через год после Ильича, перед кончиной помутился у женщины разум. Как ему было не помутиться, если получала от вождя такие послания: «Пенза. Губисполком. Копия Евгении Богдановне Бош. Получил вашу телеграмму. Необходимо организовать усиленную охрану из отборно надежных людей, провести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев: сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города. Экспедицию (имеется в виду Экспедиция, изготавливающая денежные знаки) пустите в ход. Предсовнаркома Ленин».
Увидел я у художника Ильи Глазунова купленную им в хорошем состоянии книгу под названием «Красная Москва», вышедшую к трехлетию советской власти. «Хорошая книга», — сказал мне Илья Сергеевич. «Очень даже хорошая», — ответил я ему и раскрыл на странице, где помещены две фотографии, сделанные в Покровском концлагере, в «Красной столице» в 1918 году, вскоре после победы большевиков. Даже Глазунов, знаток истории, этого не знал.
Вот я и хочу сказать своим критикам: потому и пишу книгу «Ленин без грима», чтобы все знали, Владимир Ильич никакой не добрый дедушка, как многие продолжают считать со времен детского сада. Кроме любви к электричеству, воспетой Василием Аксеновым, пылал страстью к тяжелой артиллерии. Известный эпизод, посещение Главного артиллерийского управления вместе с Максимом Горьким, где продемонстрировали прибор для корректировки стрельбы, объясняется этим малоизвестным обстоятельством. Присутствовавшие генералы поразились, что штатский человек «ясно представляет все сложные условия определения нужных для стрельбы данных». Что же удивляться, ведь любовь всегда творила чудеса, особенно если направлена на тяжелую артиллерию.
Чем тяжелее приходилось всем в Москве, тем комфортнее жилось в Кремле Владимиру Ильичу, хотя лично он
