В письме от 22 января глава Петроградского Совета Зиновьев писал товарищам из Москвы: «Рассвет политической деятельности Ильича начался в Петрограде. Революционные события Великого Октября, которыми и руководил Ленин, произошли в Петрограде… Я предлагаю… город Петроград переименовать в Ленинград». Это предложение, как мне кажется, Зиновьев сделал еще и потому, что намеревался в своей вотчине похоронить Ленина. Петроградский Совет такое официальное решение принял, после чего начались переговоры с Москвой.
Спор городов закончился победой столицы. Местом похорон выбрали Москву. Питеру присвоили имя вождя.
К тому времени, когда на Красной площади взрывники рвали замерзший грунт, чтобы построить временный мавзолей, у Кремлевской стены образовался «красный погост». На нем похоронили свыше двухсот погибших участников кровопролитных боев октября 1917 года. Рядом с ними легли большевики, убитые при взрыве в Леонтьевском переулке, куда бросили бомбу террористы.
В 1919 году у братских могил похоронили главу государства и секретаря ЦК партии Якова Свердлова. Через год сюда принесли первого наркома почт и телеграфа Подбельского. В том году на Красной площади в присутствии Ленина похоронили Инессу Арманд, заведующую отделом работниц ЦК партии, дочь французского артиста, жену фабриканта, мать пятерых детей. Как утверждают историки, она была любима Лениным не только как соратница: во время похорон вождь потерял сознание.
Так возникла традиция — хоронить у Кремлевской стены руководителей партии, армии, государства, а также иностранных коммунистов (среди них — известный американский журналист Джон Рид), отдавших жизнь за мировую революцию. Вот в этом некрополе выбрали место для сооружения склепа Ленина.
Почему в споре между Москвой и Питером победила столица?
«Москва является столицей СССР. Там с разных концов республики бывают десятки тысяч рабочих и крестьян. Мы не вправе лишать рабочих и крестьян всего Советского Союза возможности при каждом случае побывать на одинаковой дорогой для всех могиле Владимира Ильича», — так обосновано решение Петроградского Совета уступить Ленина Москве.
Было еще одно обстоятельство, о котором уже сказано: к началу 1924 года у стен Кремля сформировалось государственное кладбище, здесь находилась правительственная трибуна, статуя рабочего, символизировавшего гегемона пролетарской революции.
Простым смертным путь сюда был заказан: члены высших исполкомов, президиумов комиссариатов, наркомы, командармы, члены ЦК, Политбюро, члены Коминтерна — вот круг высокопоставленных покойников, имевших право на «красный погост». Логичным поэтому главу партии и государства было похоронить именно здесь, а не рядом с родственниками.
Конечно, у Ленина не могла возникнуть мысль, что его тело материалиста, атеиста, воинствующего безбожника выставят, как святые мощи угодников, для воздания почестей, преклонения, что его гроб в Москве уподобится Гробу Господню в Иерусалиме. Что у его тела учредят пост № 1, где день и ночь станут нести караул солдаты.
Чтобы угасшее тело противостояло силам тления, задействована медицинская рать, создана специальная лаборатория биологических структур со штатом. Два раза в неделю, когда мавзолей закрыт, проводятся текущие обследования. Раз в полтора года затевается длительный капитальный процесс — «медицинская реставрация».
Так в январе 1924 года напротив Сенатской башни Кремля появился невиданный прежде в России мавзолей, задуманный не только как могила, но и центр агитации, пропаганды, приобщения масс к ленинизму. Поэтому получил архитектор Щусев задание временный склеп заменить постоянным, объединить в одно целое усыпальницу и трибуну для вождей, с которой могли бы произносить речи апостолы учения, соратники Ильича.
Национальную Красную площадь начали трансформировать в интернациональную коммунистическую святыню. На ней намеревались выстроить музей Ленина, создать «Ленинский городок», предать этой земле прах Карла Маркса.
Рядом с «великой могилой» стали хоронить коммунистов, имевших особые заслуги перед партией. В 1925 году погребли Фрунзе, сменившего на посту руководителя Красной армии Троцкого. Затем похоронили Нариманова, одного из сопредседателей Центрального исполнительного комитета СССР, «самую крупную фигуру нашей партии на Востоке».
В июле 1926 года принесли сюда «железного Феликса», умершего от разрыва сердца после бурной речи на очередном пленуме ЦК, где разгорелась борьба за власть между ленинцами, которой так опасался покойный основатель государства.
Спустя три месяца пришел черед наркома Красина, по словам Луначарского, «маршала Ильича», занимавшегося самыми законспирированными делами партии, как по части добывания оружия, боеприпасов, так и по части грабежа банков, касс.
