Однажды на Воробьевых горах, где располагался стадион, был назначен международный футбольный матч. Наши принимали братьев по классу. Николай Ильич, утверждая афишу соревнований, счел, что название Воробьевы горы не соответствует важности события, не пристало пролетарским спортсменам выступать на арене с таким прозаическим адресом. Посему своей рукой начертал вместо Воробьевых — Ленинские горы.
Полвека назад я впервые попал сюда, чтобы посмотреть то место, о котором радио чуть ли ни каждый день исполняло песню Евгения Долматовского, начинавшуюся словами «Друзья, люблю я Ленинские горы». У поэта «захватывало дух от гордой высоты». Но тогда он несколько предвосхитил события. Моим глазам картина представала прозаической: Лужники являли собой скопище бараков и прочих убогих приречных построек. На возвышенности месили грязь машины, устремлявшиеся к котловану, где воздвигали университет.
Еще не существовало стадиона и проспекта имени вождя, не было станции метро «Ленинские горы». Но уже тогда, глядя с «гордой высоты» на Москву, можно было увидеть громадные пространства, которые, как Ленинские горы, носили имя Ильича.
От смотровой площадки к Кремлю тянулась земля Ленинского района. На юге, в районе Зацепы, находилась Ленинская площадь с рынком. На востоке затерялся целый куст улиц, площадей имени вождя. На северо-западе — масса названий, косвенно связанных с Лениным. Там Ленинградский район, Ленинградский мост, два Ленинградских путепровода…
Что еще? Ленинградский, бывший Николаевский вокзал, названный так по имени императора, по воле которого построили первую в России железную дорогу, соединившую Санкт-Петербург с Москвой. Вблизи вокзала высотное здание гостиницы «Ленинградская»…
Когда все это началось? Весной 1918 года, как мы знаем из записок Крупской, Ленина в лицо мало кто знал. Когда в марте автомобиль Ленина впервые въезжал в Кремль, часовой у Троицких ворот не узнал главу правительства и, остановив машину, спросил: «Кто едет?» Такое положение оставалось недолгим. Были заказаны фотографии лучшим российским фотомастерам, рисунки художникам. Снимки, рисунки размножили огромными по тем временам тиражами, в виде открыток, плакатов, репродукций. Так стал формироваться первый и главный культ эпохи Октябрьской революции, культ Ленина.
Нет пока монографий, где прослеживались бы этапы становления этого культа, но можно сказать, что, начавшись с первых фотографий Наппельбаума, сделанных еще в Смольном, он быстро развился и достиг размеров, невиданных в истории. Ни один смертный на земле не удостаивался такого количества картин, скульптур, памятников, музеев, книг, значков, названий улиц, городов, организаций, как товарищ Ленин.
Новая государственная система формировала культ вождей с первых дней существования. Что поразительно. Ленин действительно был человеком скромным, не стремился к театральным позам, жестам, как некоторые его соратники, не выпячивал нигде свою личную роль, значение которой для него было всегда ясно. Достаточно вспомнить, как проходил его юбилей по случаю пятидесятилетия. На торжественную часть, где произносились речи в его честь, не приехал и, сидя в Кремле, звонил в президиум собрания, требовал поскорее закончить ненужное мероприятие. Крупская после смерти мужа призывала не строить памятники, а употребить средства, предназначавшиеся для этой цели, на строительство садов и больниц.
Ленин постоянно напоминал фотографам, что им следует запечатлевать не его, а народ, хотя разрешал себя снимать, неоднократно позировал разным художникам, скульпторам, как отечественным, так и иностранным. Однако система не посчиталась с мнением зиждителя. Ибо она не могла существовать без культа вождей, как фараоны — без пирамид. Это социальный закон любого тоталитарного общества, который подтверждается на примере, начиная с нашей страны, продолжая Германией, Италией, кончая странами Восточной Европы, Азии, Африки, Латинской Америки, где побеждал социализм или национал-социализм, кончая современным Ираком и Северной Кореей. Нет демократии — есть культ. И наоборот.
Так вот, несмотря на личную скромность Ленина, несмотря на официальную теорию марксизма и большевиков, не признавших в истории самодовлеющую роль личности, в отличие от их идейных противников социалистов-революционеров, создавших теорию героев и толпы, именно большевики воздвигли невиданный в современной истории культ Ленина, Сталина, а также их соратников и преемников.
В Москве первое переименование в честь Ленина относится к 1919 году. Тогда в разгар Гражданской войны монастырская Симонова слобода Пролетарского района, где располагались заводы «АМО», автомобильный, «Динамо» и другие, названная так по имени первоклассного Симонова монастыря, была переименована в Ленинскую слободу. После одного из посещений вождя завода «Динамо» один из проездов слободы называли Ленинским. Затем появилась улица Ленинская слобода, включившая в себя часть этого проезда и Симонослободского вала. Позднее в эту часть улицы влились площади Возрождения и Восточной улицы…
