Ленин. Спаситель и создатель полностью

Уже после окончания Великой Отечественной войны стала известна статья «Правда о большевизме», написанная умершим в 1943 году Павлом Милюковым незадолго до смерти… Милюков полемизировал в ней со статьёй осевшего в США бывшего эсера М. В. Вишняка «Правда антибольшевизма».

Для целей данной книги было бы весьма полезным полное знакомство читателя с мыслями Милюкова, который на излёте жизни кое-что, всё же, понял… Однако статья его велика, и в качестве своего рода эпиграфа к главе, приведу лишь два признания бывшего лидера российских кадетов.

Первое:

«Когда видишь достигнутую цель, лучше понимаешь и значение средств, которые привели к ней. Знаю, что признание близко к учению Лойолы (основатель ордена иезуитов, допускавший применение „любых средств“ ради „вящей славы Божьей“. – С.К.). Но… что поделаешь? Ведь иначе пришлось бы беспощадно осудить и поведение нашего Петра Великого»…

И второе:

«Побеждённая власть (Временное правительство. – С.К.) многократно призывала к восстановлению „государственности“, – но уже после того, как сама же и содействовала её разрушению. Она жаловалась на „хаос“, „разруху“, „анархию“ в стране; но она же и положила начало хаосу… Она (то есть власть Керенского! – С.К.) подготовила Брест-Литовск (!! – С.К.) и раздел России.

Можно возразить, что уже при старом режиме было положено начало всей этой разрухе; но между началом и концом восьмимесячного интермеццо (имеется в виду срок „временного“ правления. – С.К.) все упомянутые явления прогрессировали бурным crescendo (итал. „с возрастающей силой“. – С.К.). Я имел основание сказать, что „раньше, чем стать большевистской, Россия созрела для большевизма“…»[850]

Если учесть, кто это сказал и когда сказал, то такая оценка оказывается повесомее, чем все современные ельциноидные хулы на Ленина – как бульварные, так и «академические» (не поднимающиеся, впрочем, выше бульварных).

Причём – отдадим Павлу Николаевичу, должное, – Милюков поднялся даже до того, что признал: ответственность за «похабный» Брестский мир, о котором в своём месте будет сказано, лежит не на Ленине, а на Керенском, который довёл Россию до такого развала, что она к началу 1918 году была временно не способна к вооружённой защите своей территории.

Далее будут приведены развёрнутые аргументы и факты, подтверждающие истинность признаний Милюкова. Но вначале напомню, что в период «восьмимесячного интермеццо» 1917 года Милюков, входя в официальное руководство России, имел неизмеримо бульшие, чем у тогдашнего Ленина, официальные и общественные возможности не допустить в России до катастрофы… Милюков заседал в правительстве, он мог решать, а Ленин мог лишь убеждать. Даже перестав быть министром, Милюков не перестал быть влиятельной государственной фигурой, а Ленин с июля 1917 года – не без поощрения Милюкова, стал «государственным преступником».

Лишь за несколько месяцев до смерти, в 1943 году, Милюков понял – пусть и очень неполно и куце, но понял – значение средств Ленина, которые привели к цели, то есть, к новой, небывалой ранее России…

Ленин же видел цель, к которой надо вести Россию, даже не в 1917 году! Он увидел её уже в молодости, за сорок лет до 1917 года…

А средства?

Что ж, средства он вынужден был использовать те, к которым его вынуждал царизм. Средства Ленин использовал не по цели, а по условиям, в которых надо было добиваться цели!

Если бы Ленин с его устремлениями, с его альтруизмом, с его калибром души и интеллекта, начал и развивал свою политическую деятельность в России, политический строй которой был бы демократическим на уровне, хотя бы, кайзеровской Германии (об Англии не говорю!), то он не стал бы создавать подпольную партию «ленинского» типа.

Не было бы тогда нужды ни в подпольной «Искре», ни в шифрованных письмах, ни в нелегальных транспортах литературы и оружия, ни в «эксах»…

Зачем всё это делать, если бы Ленин имел возможность легальной работы в массах? Ведь его «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» не был террористической организацией – члены «Союза» занимались исключительно пропагандой…

В республиканских Франции и Швейцарии, в монархических Англии, Швеции, Норвегии, Бельгии, Дании и даже в кайзеровской Германии и императорской Австро-Венгрии власти смотрели бы на партию Ленина косо, однако на каторгу и в тюрьмы её членов не загоняли бы!

А в России загоняли, преследовали, ломали судьбы…

Так было в старой, царской России. Но и «временная» Россия в системном смысле отличалась от царской лишь тем, что дала Ленину возможность вести пропаганду легально всего-то три (!!) месяца – с апреля по июль!

И вот теперь, осенью 1917 года, «временная» Россия, приняв от царской России эстафету управленческой немочи и человеческой бездарности, поставила нацию на грань катастрофы…