Ещё более серьёзной оказалась оппозиция большевистского меньшинства, настаивавшего на создании „социалистического правительства из всех советских партий“. Здесь были активны всё те же Каменев и Зиновьев с компанией…
Забегая вперёд, напомню, что Ленину пришлось вскоре пойти на правительственную коалицию с левыми эсерами, но даже левые эсеры остались, всё же, эсерами, и, как было сказано, кончили в июле 1918 года контрреволюционным мятежом.
Так или иначе, Советской власти не исполнился и месяц, а в руководстве большевиков был налицо новый раскол, хотя большинством и была принята резолюция ВЦИК о безоговорочной поддержке политики Совнаркома в области печати.
Джон Рид в своей книге приводит следующие результаты голосования: „точка зрения Ленина собрала тридцать четыре голоса против двадцати четырёх“, при этом редакционное примечание 1958 года поправляет Рида и сообщает, что „резолюция Ларина и левых эсеров была отвергнута двадцатью пятью голосами против двадцати“. Наиболее же достоверное примечание № 24 к 35-му тому ПСС приводит результат в 34 голоса „за“ при 24 „против“ и 1 воздержавшемся.
Как видим, Рид был, всё же, точен. Он, к слову, описывая выступление Ленина на том заседании ВЦИК, писал, что Ленин выступил „спокойно, бесстрастно“… „Он морщил лоб, – вспоминал Рид, – говорил, медленно подбирая слова; каждая его фраза падала как молот“…
Ещё неполных три месяца назад Ленин весело шутил, выбирая себе у старого театрального парикмахера в Гельсингфорсе „старящий“ парик, а парикмахер уверял его, что он более чем на сорок лет не выглядит.
Давненько это было!
На войне год службы считают за два, а как надо засчитывать месяц революции, и тем более – месяц
Да ещё и такой революцией…
Пожалуй, не менее, чем месяц за год.
И Ленин – ещё недавно моложавый и в хорошей спортивной форме, начинает неудержимо стареть, проживая месяц за месяцем, как год за годом…
На заседании ВЦИК 4(17) ноября 1917 года левые эсеры заявили, что больше не могут принимать на себя ответственность за происходящее и вышли из Военно-революционного комитета…
Это бы полбеды, но из Совнаркома вышли пять большевиков: Ногин, Рыков, Милютин (Владимир), Теодорович и Шляпников.
Каменев, Рыков, Милютин (Владимир), Зиновьев и Ногин вышли и из ЦК, заявив: „Мы не можем нести ответственность за гибельную политику ЦК, проводимую вопреки воле громадной части пролетариата и солдат, жаждущих скорейшего прекращения кровопролития между отдельными частями демократии… Мы уходим из ЦК в момент победы, в момент господства нашей партии, уходим потому, что не можем спокойно смотреть, как политика руководящей группы ЦК (то есть Ленина. –
Уж не знаю, чего было в этом заявлении больше – политической трусости, или политического лицемерия?
Какой там „момент победы?“ Шла тяжелейшая борьба с проблематичным исходом!
Какое там „господство партии“? Чуть ниже мы увидим картину
И вот в этот „момент истины“ повести себя так безответственно и подло… Ногин умрёт в 1924 году, а остальные четыре дезертира из ЦК образца ноября 1917 года будут репрессированы в эпоху Сталина, и позднее о них начнут писать как о „безвинных жертвах сталинского террора, уничтожавшего старую ленинскую гвардию“…
Что ж, они действительно до какого-то момента входили в „гвардию“ большевизма. И гвардию „ленинскую“ – другой, собственно, и не было… Однако, не исключаю, что Ленин – была бы его воля, собственноручно пристрелил бы тогда же – в ноябре 1917 года, этих своих „гвардейцев“.
И было бы за что!
Два дня – 5(18) и 6(19) ноября Ленин работал над Обращением ЦК „Ко всем членам партии и ко всем трудящимся классам России“. В этом Обращении он прямо назвал ушедших дезертирами и писал:
„Задачи, стоящие сейчас перед нашей партией, поистине неизмеримы, трудности огромны, – и несколько членов нашей партии, занимавшие раньше ответственные посты, дрогнули перед натиском буржуазии и бежали из нашей среды. Вся буржуазия и все её пособники ликуют по поводу этого, злорадствуют, кричат о развале, пророчат гибель большевистского правительства.
Товарищи! Не верьте этой лжи. Ушедшие товарищи поступили как дезертиры, …но мы заявляем, что ни на минуту и ни на волос дезертирский поступок нескольких человек из верхушки нашей партии не поколеблет единства масс, идущих за нашей партией и, следовательно, не поколеблет нашей партии…“[923]
Ленин прямо говорил народу:
„Всем известно, что Второму Всероссийскому съезду Советов Центральный Комитет нашей партии предложил чисто большевистский список народных комиссаров и что
