В начале июля, когда наши расследования, давшие весьма плодотворные результаты, близились к завершению, министру юстиции П. Н. Переверзеву были выданы соответствующие документы для проведения необходимых арестов. Министр получил распоряжение без специального разрешения князя Львова (тогдашний премьер Временного правительства. —
Создавшееся вечером 4 июля положение, когда Таврический дворец оказался окружен огромной толпой вооруженных солдат и матросов, принимавших участие в организованном большевиками восстании, показалось Переверзеву и его помощникам столь угрожающим, что они, не обратившись за разрешением ко Львову, опубликовали заявление для печати о связях организаторов демонстрации с немцами.
При письме от 16 мая 1917 года за № 3719 начальник штаба Верховного Главнокомандующего препроводил военному министру протокол допроса от 28 апреля сего года прапорщика 16-го Сибирского стрелкового полка Ермоленко. Из показаний, данных им начальнику Разведывательного отделения штаба Верховного Главнокомандующего, устанавливается следующее. Он переброшен 25 апреля сего года к нам в тыл на фронт 6-й армии для агитации в пользу скорейшего заключения сепаратного мира с Германией. Поручение это Ермоленко принял по настоянию товарищей. Офицеры германского Генерального штаба Шадицкий и Люберс ему сообщили, что такого же рода агитацию ведет в России агент германского Генерального штаба и председатель украинской секции «Союза освобождения Украины» А. Скоропись-Иолтуховский и Ленин. Ленину поручено стремиться всеми силами к подрыву доверия русского народа к Временному правительству. Деньги на агитацию получаются через некоего Свендсона, служащего в Стокгольме при германском посольстве. Деньги и инструкции пересылаются через доверенных лиц.
Согласно только что поступившим сведениям, такими доверенными лицами являются в Стокгольме: большевик Яков Фюрстенберг, известный более под фамилией «Ганецкий», и Парвус (доктор Гельфанд). В Петрограде — большевик, присяжный поверенный М. Ю. Козловский, родственница Ганецкого — Суменсон. [Козловский является] главным получателем немецких денег, переводимых из Берлина через «Disconto-Gesellschaft» в Стокгольм («Nya-Banken»), а отсюда — в Сибирский банк в Петрограде, где в настоящее время на его текущем счету имеется свыше 2 000 000 рублей. Военной цензурой установлен непрерывный обмен телеграммами политического и денежного характера между германскими агентами и большевистскими лидерами.
Почему-то с него (прапорщика Ермоленко) начинаются почти все разоблачения в печати и на него принято указывать как на главного обличителя. Но так как он, кроме голословных заявлений, не дал ничего, то все обвинение, построенное на его показаниях, по справедливости осталось неубедительным.
В результате опубликованного заявления доселе неизвестный прапорщик Ермоленко стал предметом разговора всего города. Игнорируя другие обвинительные свидетельства, приведенные в заявлении Переверзева, руководители Совета возмутились, каким образом можно предъявить обвинения такому человеку, как Ленин, на основе показаний весьма сомнительного прапорщика, засланного в Россию как шпиона. Стоит ли говорить о том, что и сам Ленин постарался запутать дело, сконцентрировав все внимание на Ермоленко.
10 августа 1917 года Брокдорф-Ранцау с заметным беспокойством телеграфирует в МИД: «Русская газета «Речь» от 20 июля пишет, что два офицера германского Генштаба Люберс и Шадицкий сообщили русскому прапорщику по фамилии Ермоленко, что Ленин — немецкий агент, что Яков Фюрстерберг и д-р Гельфанд (Парвус) являются также немецкими агентами, действующими в качестве посредников между большевиками и Имперским правительством.
Необходимо, прежде всего, выяснить, существуют ли в действительности эти два офицера в Генштабе, а затем, если возможно, опровергнуть сообщение газеты»… Агентурно-криминальная «ленинская» тема развивается и в телеграмме того же корреспондента в МИД от 22 августа 1917 г.: «...Лейтис отправляется в Петроград через несколько дней как курьер здешней российской миссии. Он везет также материалы судебного расследования для суда над Лениным. Большевистский лидер Радек еще здесь. Сообщение о его деятельности будет отправлено завтра. Срочно требуется присутствие Гольдберга. Если его отъезд откладывается из-за паспортных формальностей, пожалуйста, пришлите статьи Парвуса, так как есть возможность их отправить».
