— А что думал сам штурмбанфюрер Скорцени? Если он знал, что в игре появился еще кто-то, как же он решился на акцию против сына Хорти?
— А это уже большая политика. Ультиматум Венгрии от Трех держав, в сочетании с той волной, которую подняли и генерал Бакаи, и адмирал Харди. Казалось, в Венгрии вот-вот начнется то же, что в Румынии — и очень важно было лишить врага руководства. Уж тут продумано было всё — в здании судоходной компании наготове был десяток лучших людей, и еще три десятка прогуливались снаружи, спрятав оружие. Этого хватило бы, даже если учесть тот факт, что встревоженный Хорти-младший, явно опасаясь, притащил с собой полуроту охраны на двух грузовиках. Пришлось всего лишь завернуть тело в ковер, автомобиль уже был подогнан к входу. И тут по нашим людям был открыт снайперский огонь, как определили позже — из окон одной из квартир ближнего дома. Те, не сумев определить угрозу, не придумали ничего лучшего, как стрелять в венгерских солдат. На площади начался настоящий бой, а снайперы, минимум двое, валили всех, до кого могли дотянуться. Одновременно был обстрелян автомобиль, в котором сидел сам Скорцени вместе с двумя помощниками и шофером — стреляли из пулемета, сзади, накоротке, выпустив полную ленту на полсотни патронов, сплошное мясо и решето. Пулемет, кстати, был похищен накануне, при нападении на мотопатруль, двое жандармов убиты, МГ-42 из коляски исчез, злоумышленников никто не видел.
— И снайперам удалось безнаказанно уйти? При стрельбе днем?
— Удалось, Руди. Поскольку это всё же Венгрия, а не Франция, которая пока считается вроде как союзником. К тому же в горячке боя даже не все наши, а уж венгры точно не разобрали, что стреляют со стороны. Когда спохватились — было поздно. И в завершение, буквально вечером того же дня, совершенно внаглую, убийство генерала Фриса, командира 29-й мотодивизии.
— Так это точно были не наши?
— Руди, ну не дошли мы еще до того, чтобы вот так списывать в расход заслуженных ветеранов! Фрис — старый вояка, и на фронте-то часто пренебрегал опасностью, ну а в Будапеште, столице союзной нам страны, ездил в сопровождении всего лишь адъютанта. Его автомобиль остановили некие люди в штатском, на возражения предъявив жетон СД (похоже, один из тех, что был взят у наших в «Ритце»), А затем хладнокровно расстреляли генерала и его спутников, вот только адъютант, хотя и тяжело раненный, остался жив и рассказал как про жетон, так и про фразу одного из убийц другому в самом конце: «Сбрось улики», — сказанную по-немецки. Возле нашли бумажник, будто случайно выпавший из кармана, там были деньги, венгерские пенге, и какое-то письмо на венгерском, по которому, однако, нельзя было найти адресата — всё выглядело в итоге как неумелая провокация. Что отнюдь не прибавило у армейцев желания выполнять наши приказы — а формальное их исполнение иногда походило на пассивный саботаж! Что было после, ты знаешь. Воззвание Хорти, несколько дней уличных боев в Будапеште, настоящее сражение по всей венгерской территории — всё же часть венгерской армии поддержала нас, и быть бы регенту повешенным, и сынок бы его болтался рядом, мы ведь успешно подавляли мятеж — но времени не было! Русские перешли в наступление, и войск не хватало, еще и держать фронт, и разоружать венгров, а при том, что началось на Висле, мы не могли перебросить в Венгрию ни одной дивизии! Итог — Венгрия потеряна, Хорти сейчас в положении румынского и болгарского монархов, а фюрер взбешен! И ему срочно нужна голова виновного, ведь в этом деле предательство видно невооруженным глазом! Откуда план операции «Панцерфауст» стал известен кому-то еще?
— Вопрос, кому именно? Русские или англичане?
— А вот это скажешь мне ты, Руди. Если сумеешь разрешить одну загадку этой истории. Буквально накануне событий в Будапеште были замечены некие шведы, говорящие по-английски. Так как известная вам организация, выдающая сине-желтые корочки, как раз в эти дни резко увеличила там и объем своей работы, и штат сотрудников, этот факт прошел незамеченным, слежка за этой компанией была обычной рутиной. Наш агент «Магда» была при них переводчиком, и в ее донесениях не было ничего подозрительного — на первый взгляд. Донесения шли в «британский» отдел и, как положено, подшивались в папку «прочее» — отчего-то решили, что если это шпионы, то не иначе как УСО. А когда уже после, здесь, в Управлении, чисто случайно всё прочли и сопоставили, то схватились за голову! Потому что эти «шведы» были замечены во всех местах
— Ну так в чем же загадка, Генрих? Обычная подготовка к акции.
