В детстве Боб встречал актеров кино, но это было очень давно, и вот теперь ему снова довелось попасть в их среду. Очень красивая девушка протянула Идену руку, которая напомнила витрину магазина отца. Изысканно одетый высокий молодой человек назвал себя Ренни.
— Хелло, старина,— приветствовал он Боба.— Надеюсь, вы принесли свою арфу.
И он взялся за саксофон. У пианино сидел средних лет актер с загорелым лицом, а в дальнем углу пожилая женщина и седой мужчина. Иден присел возле них.
— Как вас зовут? — спросил старик, приложив руку к уху.— Ага,. я рад познакомиться с любым другом Паулы. Сегодня у нас небольшой шум, мистер Иден. Я рад, когда нам удается собрался вот так, как сейчас. Правда, дорогая? — обратился он к женщине.
Она чуть кивнула.
— Да, но меня это не так увлекает. Слава богу, я имею возможность иногда отдохнуть. Мистер Беласко приглашает меня в Нью-Йорк.
Она повернулась к Идену.
— Я работала у Беласко пятнадцать лет.
— Большой опыт,— заметил Боб.
— Несомненно,— сказала она.— Мистер Беласко очень ценил мою работу. Помню, я как-то была на репетиции, так он заявил, что без меня не смог бы поставить пьесу, и дал мне яблоко. Вы знаете, мистер Беласко был...
Взрыв смеха прервал их разговор.
— С ума сойти! Она уже рассказывает ему о яблоке! — закричал один из мужчин.— Давайте, Фанни, действуйте!
— Тише! — рявкнула Фанни.— Если бы вы смолоду усвоили наши традиции, то фильмы были бы гораздо лучше. Я Думаю, наши звезды...
— Потише, пожалуйста,— сказала Паула.— Сейчас будет петь Диана Дей.
Девушка, о которой она говорила, чуть смутясь, выступила вперед и спела «Путь ведет к реке».
Затем наступила очередь других.
— Мистер Эдди Бостон — пианино, мистер Рандольф Ренольт — саксофон. Давайте вашу балладу «Это ваш старый мандарин».
— Не думайте, что они всегда такие,— тихо сказала Паула Бобу.— Они редко собираются вместе.
— Следующий номер,— объявил мистер Ренольт,— называется «Разрешите рассказать о моей милой». Давай, Эдди.
Потом Диана Дей захотела танцевать, и Эдди заиграл чарльстон. В разгар веселья открылась дверь, и в комнату вошел высокий мужчина.
— Боже мой! — воскликнул он,— И это вы называете отдыхом?
— Хелло, Майк!— закричал Ренни.— Ты хочешь здесь отдохнуть?
— Как же, отдохнешь с вами,— кисло сказал Майк.—-Уже десять часов. Завтра вам надо быть готовыми к половине девятого, так что лучше идите спать.
Новость приняли с громкими протестами.
— Скажи: к половине десятого! — крикнул Ренни.
— В восемь тридцать. Вы уже слышали. Каждый опоздавший заплатит штраф. Ложитесь в постели и не мешайте спать порядочным людям.
— Порядочным людям,—'повторил Рейни, когда директор ушел.— Это он себя имеет в виду.
Но его уже никто не слушал, все направились к выходу.
— Ничего не поделаешь, начальство,— сказал Иден Пауле, когда они вышли на улицу.— Давайте погуляем. Конечно, Эльдорадо не Юнион-сквер, но ночной воздух здесь очень хорош.
— К счастью для меня, это не Юнион-сквер,— сказала девушка.
— Почему?
Они шли по безлюдной Мейн-стрит, освещенной лунным светом. В окнах одного магазина еще горел свет.
— «Лотерея в пользу сиротских приютов»,— вслух прочитал Боб.— Стоит принять в ней участие.
— Лучше не будем связываться,— сказала девушка.
— Но мы окажем помощь сиротам.
— Да, у вас доброе сердце.
Они свернули в узкую улицу. Неожиданно в ближайшем бунгало ярко засветилось окно.
— Посмотрите на эту луну,— сказал Боб.— Она похожа на спелую дыню.
— Вы думаете только о еде? Я уже знаю, что вы любите мясо.
— Мужчина должен есть. А если бы я не любил мясо, то мы бы и не познакомились.
— Ну и что?
—' Хорошо, что мы познакомились.
Некоторое время они шли молча.
— Знаете, я все время думаю, что нам надо поскорее кончить с этим делом. И все вернется...
— Вернется ваша свобода. Это будет прекрасно.
— Но я не хочу, чтобы вы забыли меня, когда я уеду. Я хочу быть вашим... э... другом.
— Великолепно. Друзья всегда нужны.
— Пишите мне иногда. Я хочу знать, как дела у Вильбура. Вы никогда не говорили, осторожно ли он переходит улицу?
— Вильбур все делает как надо,— ответила девушка.
Они снова подошли к отелю.
— До свидания.
— Одну минуту. А если бы не было никакого Вильбура?
— Но он есть. Боюсь, что луна, похожая на спелую дыню, на вас излишне сильно подействовала...
— Не луна, а вы.
— Боже мой, мисс Вендел, я чуть было не запер дверь,— раздался мужской голос.
— Иду,— сказала девушка.— Завтра увидимся на ранчо Маддена.
— Прекрасно.
Иден кивнул ей.
По дороге на ранчо он обдумывал, что сказать Маддену, когда приедет туда. Теперь-то уж миллионер, наверное, вернулся из Пасадены, где надеялся встретиться с Дрейкоттом. А тот сидит себе в Сан-Франциско. П. Д. наверняка будет сердиться.
Но ничего не произошло. Ранчо погружено в темноту, и только молчаливый А Ким на своем месте.
— Мадден и другие уже спят,— объяснил китаец.— Он приехал домой усталый и злой и сразу же отправился в свою комнату.
— Ну и отлично. Утро вечера мудренее, а там видно будет.
Когда на следующее утро Боб явился к завтраку, за столом уже сидели трое мужчин.
— Как ваша поездка в Пасадену? — спокойно спросил Боб.— Удачно съездили?
