Я чувствовала вину перед Крисом. С моей стороны было легкомысленно так предаться порыву притяжения. Одновременно я ощущала где-то в области живота такое счастье. Мне всегда было неведомо выражение: "Бабочки в животе". Сейчас я начинаю понимать, что люди имеют в виду, когда говорят, пишут или поют об этом. Жалела ли я о случившемся? Наверное, под дулом пистолета я бы честно сказала, что нисколько, и если бы такая ситуация повторилась вновь, я бы не стала ее менять. Но признаться себе в этом сейчас, сегодня мне было дико страшно.
На работу я пришла вся задумчивая, и Бриджит заметила мое состояние. Шэрон все еще не появилась.
– Эй, Гризли, что с тобой? – спросила она, когда прошла половина рабочего дня.
– А? Нет, все нормально, – еле-еле ответила я.
– Ага, вот прям поверила тебе на слово! – фыркнула она. – Ты сегодня вообще не на работе будто. Объясни мне, что происходит? Первый раз тебя вижу такой растерянной. Никуда ты сегодня не пойдешь, заказы подождут!
– Бридж, я не хочу говорить об этом.
– Ладно. Я не буду к тебе приставать, но с одним условием, слышишь? – Она посмотрела на меня, изогнув одну бровь. – Ты сейчас же поедешь домой.
– Со мной все в порядке! – запротестовала я.
– Пожалуйста, Гризли! Езжай домой и разберись в том, в чем запуталась.
Я послушалась свою верную подругу и поблагодарила ее за то, что она не стала мучить меня многочисленными расспросами. Подъезжая к дому, у меня возникли сомнения: "А хочу ли я домой? Хочу ли оставаться наедине со своими мыслями?". Когда я все-таки уже оказалась около входной двери, уходить куда-либо было бесполезно. Да и ноги меня будто привели. Открывая дверь, внизу я увидела маленький, но плотный конверт. Внутри что-то защипало. Там было написано : «Гризли от Хайдена». По телу пробежался целый поток мурашек. И я открыла письмо.
