– Фантастика…
– Почему?
– Ментал подобного уровня неподвластен женщинам нашего рода.
– Правда?
– Хотя… – странно расфокусировав взгляд, папочка задумчиво пробормотал: – Зная твою мать… ладно, оставь. Но как только почувствуешь недомогание – сразу снимешь. Договорились?
– Да, как скажешь.
Искренне радуясь тому, что заполучила в свои руки ещё один неожиданный, но крайне приятный и такой необходимый козырь, уже не сопротивлялась, когда мне вручили несколько жемчужных гарнитуров различного стиля и оттенка и предложили забрать всё, чтобы иметь возможность выбора в зависимости от ситуации.
– Спасибо.
– Ерунда. – отмахнувшись так безразлично, что стало ясно – для него это действительно ерунда, отец тем же самым способом вывел меня из сокровищницы и доведя до комнаты, буквально сдал на руки Матвею. – Отдыхай, увидимся вечером.
– Да… – прижимая к груди коробочки с гарнитурами, отстраненно кивнула, сама думая о том, что из этого я смогу взять с собой. К сожалению… ничего. Слишком уникальные вещи. Слишком. Их отсутствие заметят моментально.
Черт!
– Что случилось?
– М? – обернувшись уже в дверях спальни, удивленно приподняла брови на странный вопрос Матвея. – Где?
– Везде. Что происходит? – не поленившись и подойдя ближе, телохранитель хмуро прошелся взглядом по моему лицу. – Поговорим?
– Ой, давай потом, а? Так спать хочу… – отмахнулась и попыталась уйти, но он перехватил меня за локоть. – Матвей?
– Арина? Мы же договаривались. – попытавшись надавить на мою совесть и сознательность, мужчина вызвал лишь глухое раздражение.
Нет, в чем-то он прав, я ведь обещала ставить его в известность… Проблема в том, что в плане деда ему отводилась совсем незавидная роль.
– Да, я помню. К сожалению граф Антало дал мне четкие указания по приему и я не вправе его ослушаться. – натянув сожалеющую и явно фальшивую улыбку на лицо, под конец всё-таки не удержалась и добавила: – Не переживай, всё будет хорошо. Вот переживем этот прием и всё будет хорошо. Обещаю.
А переживем ли? Хмурым взглядом проводив подопечную и проследив, как она закрыла за собой дверь спальни, лишь раздраженно поморщился. Девчонка решила выкинуть его из своих планов и довериться старому графу? Глупо. Что бы Антало ни пообещал ей, не в его интересах оставлять её в живых. Уж это-то понятно всем, кто знает об истинной расе её матери.
Что ж, видимо придется внести свои коррективы в их планы…
Ибо контракт.
Выспалась я отлично. А то! Больше пяти часов подушку давила! Эх, всё-таки здорово быть богатой наследницей…
Цинично скривив губы, фыркнула. Не раскатывай губу, дорогуша, сегодня последний день твоего графиньского существования. А потом как и предыдущие девятнадцать лет – никто.
Наскоро перекусив неопознанными вкусностями, которые услужливо принесли горничные прямо в комнату, целиком и полностью поступила в их распоряжение, послушно выполняя их робкие просьбы повернуться, замереть и позволить себя не только одеть и причесать, но и нанести неброский макияж, а также позволить сделать маникюр и как ни странно, педикюр.
Так и рвалось с языка язвительное «нафига?!», но сдержалась. Приказано сделать из меня конфетку, пусть уже…
В итоге я была готова четко за десять минут до шести.
– Свободны. – один единственный повелительный взмах рукой и девчонок сдувает, словно так и надо. Да, надо.
Последний взгляд в зеркало, широкая белозубая улыбка своему отражению и уверенный кивок. Розовое как ничто другое подходит юной невинной девочке, мечтающей стать наследницей и выйти замуж за герцога, а жемчуг и сапфиры венца оттеняют глубокий синий блеск глаз так, что видно лишь их внешнюю красоту, а никак не сарказм души, из которой невероятно быстро и чрезвычайно качественно сделали душу демона. Душу убийцы. Да, Арина, сегодня ты идеальна.
Твой выход, дорогая.
– Чудно…
Зная, что не дождусь от Матвея шикарных и многочисленных комплиментов, была приятно удивлена его восхищенным взглядом, так что даже вернула комплимент:
– Ты тоже ничего.
А что? Черные фраки идут практически всем без исключения, тем более с фигурой у него всё в порядке. И осанка, и плечи, и живот, и бёдра… всё идеально.
– Арина?
Вошедший отец, одетый в смокинг, причем с бабочкой, что для меня было непривычно, прервал наш обмен любезностями и, старательно осмотрев меня со всех сторон, также остался доволен увиденным.
– Ты прекрасна!
– Спасибо.
Хоть и знала, что он искренен, но всё равно смутилась. Ведь как ни крути, а это бы первый раз, когда отцу не придется за меня краснеть.
Грустно… что последний.
– Идем. Гости уже начали подходить, но основной поток подъедет в течение получаса. Твоя основная задача…
– Мило улыбаться и кивать.
– Верно. – ведя меня под руку, отец иронично скривил губы. – Только без ехидства, прошу.
– Я постараюсь. – поправив несуществующую складочку на безупречном розовом платье, сшитом один в один, как в журнале, замерла рядом с отцом, когда он остановился в дверях центрального бального зала первого этажа, словно позволяя пока ещё немногочисленным гостям оценить нашу пару.
