К величайшему сожалению, поиски нового не всегда завершаются удачей, а да Винчи экспериментировал и в области живописи. В частности, «Тайная вечеря» была написана не на влажной штукатурке, как было принято в то время, а по сухой стене яичной темперой, изготовленной из яичного желтка, воды и красящих пигментов, например, растертых в порошок минералов, сока ягод и растений. Это позволяло добиться необычайной яркости и богатства оттенков. Однако применение яичной темперы и масляных красок на сухой поверхности было крайне неудачным решением. Не прошло и двух десятков лет, как фреске потребовалась реставрация.
Еще одной значительной работой того времени стала знаменитая «Мадонна в скалах» («Мадонна в гроте»). Леонардо создал две практически идентичные копии, одна из которых хранится ныне в Лувре, а вторая – в Лондонской национальной галерее.
Именно в этих картинах, написанных с разницей в несколько лет, видно, что живописец практически достиг совершенства в изобретенной им технике сфумато, наполнявшей полотна воздухом и объемом, а также применил все знания, накопленные в области изучения перспективы, геометрии и игры светотени.
За века существования это полотно породило множество слухов и домыслов, становилось объектом нападений и даже было похищено… Какая богатая история, не правда ли?
Долгое время историки и искусствоведы не могли договориться, кто же на самом деле послужил моделью для знаменитого портрета.
Джорджо Вазари, один из исследователей жизни да Винчи, утверждал, что на картине изображена Лиза Герардини, третья жена флорентийского торговца тканями, Франческо дель Джокондо. Однако к концу XX века версий о модели существовало уже десятки – от незаконнорожденной дочери герцога Сфорца и любовницы одного из клана Медичи до неизвестной натурщицы и даже… самого художника, якобы написавшего завуалированный автопортрет!
Но в 2005 году ученые из Гейдельбергского университета нашли запись в одном из флорентийских фолиантов, хранившихся в библиотеке. В нем чиновник, современник да Винчи, упоминает, что живописцем было написано три полотна, в том числе и портрет госпожи Лизы Герардини по заказу ее супруга в честь рождения сына.
Но, разумеется, отнюдь не личность модели – главная загадка знаменитого полотна. «Мона Лиза» была написана Леонардо в тот период, когда он в совершенстве овладел всеми техниками, которые пробовал ранее: построение композиции, изумительный пейзаж – ведь да Винчи был страстным и преданным поклонником живой природы, – трепещущий воздух, словно заключенный в глубине холста… На картине нет ни одной прямой линии или угла, она вся заполнена дымкой и полна необыкновенной нежности.
Лицо изображенной женщины кажется живым, чем дольше смотришь на картину, тем сильнее ощущение, что она вот-вот улыбнется. Для того, чтобы удерживать эту постоянную полуулыбку на лице модели, да Винчи рассказывал ей сказки, а еще распорядился, чтобы во время сеансов в мастерской постоянно играли на музыкальных инструментах, а несколько шутов веселили донну Лизу, изгоняя, по словам Вазари, «меланхолию, которую обычно сообщает живопись выполняемым портретам».
Несмотря на то, что техника сфумато давно изучена и, казалось бы, не представляет секрета для художников более позднего времени, еще никому из них так и не удалось превзойти мастерство да Винчи. Кажется невероятным, но это факт. В 2010 году группа ученых во главе с Филипом Уолтером провела ряд рентгенологических исследований «Моны Лизы», которые принесли поразительный результат. Толщина слоев на картине составляет не более двух тысячных миллиметра, а общий красочный слой не превышает 30–40 микронов!
И мы до сих пор не знаем, как великому мастеру в XV столетии удалось сделать то, что неподвластно его собратьям-живописцам и более полутысячи лет спустя.
В числе многих других наук в мастерских художников времен да Винчи преподавали и анатомию. Это было естественно, ведь для правильного изображения человеческого тела надо было знать, как оно устроено. Однако следует учесть тот факт, что заниматься медициной в те времена было отнюдь не простой задачей.
За более чем тысячу лет, прошедшую со времен Античности и раннего Средневековья, в изучении анатомии мало что изменилось. Гален, Гиппократ и Авиценна представляли собой своеобразную святую троицу для медиков, их выводы считались непреложными и не обсуждались.
