Структурно книга состоит из трех разделов: «Слово», «Дело» и «Тело». Вслед за Жаком Ле Гоффом мы берем фигуру Брежнева как «глобализирующий объект», вокруг которого организуется все исследование[28]. Учитывая всю любовь постмодернизма к тексту, авторы не смогли устоять перед соблазном начать со «Слова», попытавшись интерпретировать личность Брежнева в свете его собственных текстов, а также процесса коллективного конструирования текстов. Глава «Брежнев как писатель» посвящена анализу стилистических и языковых особенностей так называемых дневников Брежнева. В рамках методологии «лингвистического поворота в истории» предпринимается попытка определить взаимосвязь между спецификой письменной речи Л.И. Брежнева и его личностью. Особое внимание уделяется верификации жанра брежневских записей, который определяется как «бортовой журнал». Анализируется характер записей, проводится их сравнение с устной речью Брежнева. Авторы приходят к выводу о полном усвоении Л.И. Брежневым «советского новояза» – русского языка советской эпохи. Отсутствие в личных брежневских записях следов преднамеренного конструирования текста свидетельствует о том, что данные записи являются действительным отражением личности генсека.
Вслед за этим авторы реконструируют процесс коллективного создания публичных брежневских текстов, где Брежнев выступал преимущественно в качестве главного редактора, руководя командой интеллектуалов. Делается вывод о том, что «придворная» команда спичрайтеров была важным инструментом брежневской политической кухни в течение всех 18 лет его нахождения у власти. Речь шла об обоюдно выгодном симбиозе Брежнева и его помощников. В то время как генсек получал от своих «речевиков» постоянную интеллектуальную подпитку, «теоретики» из академических институтов имели возможность влиять на политику.
Далее авторы переходят к разделу «Дело», сделав акцент на ключевых направлениях социальной и общественно-политической деятельности Брежнева. В главе «Брежнев и советский народ: на встречных курсах к социальному счастью» предпринята попытка рассмотрения периода так называемого брежневского застоя как финальной стадии длительного процесса взаимного приспособления советского политического режима и общества. Авторы приходят к выводу, что в 1960–1980-е гг. адаптация власти и населения имела преимущественно обоюдный и встречный характер. Ее важнейшим условием стал курс в экономике на повышение благосостояния народа, в первую очередь – решение продовольственной проблемы. В ответ население демонстрировало власти свою лояльность и не подвергало открытому сомнению официальные правила и догмы. Большое внимание уделяется роли Л.И. Брежнева как главного архитектора советского социального государства. Глава «Брежнев и мир вещей: личность генсека в свете даров и подношений» продолжает исследовать тему материального благосостояния брежневской эпохи, однако с использованием другой исследовательской оптики: здесь «язык даров» позволяет предельно точно высветить грани личности Брежнева как человека и политика, которые до сего времени оставались в тени.
В главе «Брежнев и советский героизм» анализируется функционирование индустрии массовых награждений как главного инструмента морального стимулирования к труду в СССР в брежневскую эпоху, а также личная роль Брежнева в реформировании государственной наградной политики и раскручивании маховика награждений. Следующая глава в разделе «Дело» посвящена отношению Брежнева к репрессивным механизмам, сложившимся к моменту его прихода к власти, а также к политическим репрессиям в целом. Чтобы детализировать картину, авторы исследуют три кейса, а именно политику Брежнева в отношении религиозных организаций в 1964–1966 гг., еврейской эмиграции начала 1970-х гг, а также движения советских «немцев-автономистов», требовавших восстановления АССР немцев Поволжья. Последняя глава в данном разделе посвящена брежневской внешней политике. Ее главная задача – показать, что Брежнев до сих пор был недооценен как политик международного масштаба. Вся широчайшая палитра внешнеполитических контактов СССР рассматривается в ракурсе взаимосвязанных процессов холодной войны и международной разрядки.
