— А у меня это было дважды, и Лера начала свой рассказ. Сначала про Витька. Потом про Сергея. И потом только про Романа.
— Хороший парень этот Роман, наверное, действительно любит тебя. Не обижай его и держись за него.
— Да мне тоже так бабушка сказала, уже веселее сказала Лера.
— А ты ему ни чего не говори, пусть это будет нашей маленькой тайной. Если хочешь, я всегда буду к твоим услугам. Или хотя бы просто останемся друзьями.
— Друзьями можно. А вот член сосать я больше ни у кого не буду. Даже под дулом пистолета.
— Не зарекайся, попадется какой-нибудь красавчик. Устоять не сможешь и в рот возьмёшь и в попу дашь.
— Я слово тебе даю, что Роману больше не изменю никогда и ни за что.
Да девочка только не ты, подумал Андрей, тебя поласкай чуток и ты поплыла. За разговором они не заметили как быстро прикатили в нужное место. Пожав руку, Лера поспешила к дому Романа.
Лера уже была пару раз у Романа и знала его родителей. Мать с радостью встретила девушку и провела в свободную комнату, где до замужества жила старшая сестра Романа. Хотя она не симпатизировала Лере, но была с надеждой, что может с ней он остепенится, меньше будет пить и дебоширить. Лера приняла ванну, постирала все свои вещи, надела халат сестры и принялась ждать любимого. Мать была уверена, что он не придет. Со слезами на глазах она умоляла Леру пожить у них и повлиять на Романа. Они просидели всю ночь, но Роман явился только под утро, когда все уже ушли на работу. С глубокого похмелья, он не мог поверить своим глазам.
— Ты, ты что здесь делаешь. Зачем приехала, спросил Роман.
— Я по тебе соскучилась, мне кажется у нас будет ребёнок.
— Так кажется или будет, твердо спросил Роман.
— Кажется, не уверенно ответила Лера.
— Если кажется — крестись. А я вот тут вас пытаюсь забыть, только вот хреново получается. Роман достал бутылку пшеничной водки, сорвал пробку и принялся пить с горла. Лера выхватила бутылку, и сама начала пить. Роман опешил от такой наглости, и очнулся когда на дне осталось на пару пальцев.
— Ты что здохнешь.
— Не здохну бывало и хуже.
Роман взял бутылку и пошел выливать в раковину. Лера как хвостик бежала за ним и требовала отдать спиртное. Войдя в ванную, он увидел постиранные вещи своей подруги, в том числе и розовые стринги.
— И что это за постирушки, не успев приехать, спросил он, тебя нароком не насиловали. Он взял стринги и поднес к носу. Глубоко вздохнув, он сказал: "Кажется спермой прёт, и от костюма то же". Лера выхватила бутылку, и осушила содержимое. Ей стало обидно, но не от слов Романа, а от того, что с ней случилось вчера. Она заплакала, и рассказала, что её действительно пытались изнасиловать и не тронули только потому, что она сказала, что она ждёт ребёнка. Про минет она ни чего не сказала, и это было началом её вранья. Роман громко кричал на всю квартиру. О боже ну почему это только с тобой происходит, почему все хотят трахнуть именно тебя. Есть сотни красивых женщин и ни кто их не насилует. Мол сама виновата, сука не захочет — кобель не вскочит. От этих слов ей стало ещё обиднее.
Какая я дурра, зачем приехала, лучше бы я из машины выпрыгнула. Лера побежала и упала на кровать. Роман принял душ, успокоился и вошел в комнату девушки. Лера от алкоголя быстро уснула. Она лежала на спине с широко раздвинутыми ногами, как бы призывая, я вся твоя. Он подошел, наклонился к девушке поцеловал её в щечку, посмотрел на неё внимательно. Да какая же она красивая, какая сексуальная и если я не могу устоять, то что говорить про других. Роман развязал пояс халата, развернул его и долго наслаждался телом девушки, которое лежало в одних трусиках.
Роман взял за резинку, стянул их и положил под подушку. Теперь она лежала совсем голая перед его взором. Он впервые видел красоту женского тела так близко в полном объёме. Нет, это была не Танюшка, это была его Лера, его любимая женщина которую он будет любить всю жизнь. Любить и мучиться, до последних дней представляя как она была под другим. И в этот раз он представил, как она лежит пьяная и на ней измывается Сергей. Роман упал на девушку и принялся страстно целовать глаза, мочки ушей, губы, груди спускаясь всё ниже и ниже. Дойдя до пупа, он увидел дорожку из короткого нежного пушка, которая открывала путь к самому заветномуместу. Роман ни когда не целовал девичьих вагин. Он остановился на нежных молочных бедрах и страстно их целовал у самой промежности. Нежный и тонкий запах не давал ему покоя Он слегка сжал губы, и чмокнул прямо в бутон свою Лерочку. Она как бы в благодарность развела ноги шире и приподняла таз. Роман не понимал, что он творит.
