Все эти почти двадцать минут, он слышал нечеловеческие рыки мычания и стоны в доску зашпиленной женщины. Теребя свой отросток, закаменевший от стояка, он не сомневался, что это была сестричка жены. А кто ещё? Его жена ни такая! Но сомнения быстро прошли, когда послышав звон таза о ковш, Игорь невольно заглянул в окно бани. Слегка нагнувшись, голая Лера намыливала свои фирменные панталончики и полоскала их в тазике, добавляя вводы. "А кто же тогда там, писец, неужели Алёна, да нет, не может быть это просто какая-то приблудная баба", — размышлял Игорь.
Переводя свой взгляд от окна к ублажающейся паре, он увидел в подающем на траву свете лампы, белые в красный горошек трусы. Схватив их, мужчина поднёс к носу, втыкаясь самым кончиком во влажную ткань. Но там, не только по запаху было чувствительно, их мотня была, хоть отжимай. А послышавшийся голос любимой и благоверной жены, о пощаде, и недовольствах, вовсе развеял сомнения. В отчаянии Игорь не знал как поступить? Останавливать было поздно, жену уже имели по полной программе. Вступать в драку не было смысла. Игорь был храбрый только среди баб, и с таким верзилой ему как-то не хотелось вступать в честный бой.
Тут мужчина запыхтел, ускоряя и так быстрый темп. Затем резко встал, и как бы провалился между её полных бёдер. Сжимая ягодицы, казалось в единое целое, он лихорадочно затрясся всем своим тазом, и издал крик похожий на рык самца львиного прайда. Даже Лерочка в бани услыхала его. Схватив постиранные трусишки, она со страху поспешила в предбанник, выключив за собой свет в парной.
Мужчина встал со своей жертвы, и вытерев свой агрегат о край халата, молча отправился за огород, оставив лежать её на своёй рабочей куртке.
Никогда не думая, что так до полусмерти можно затрахаться, Алёна не могла подняться долгое время. И когда она вновь почувствовала озноб от ночной прохлады, решила заправить грудь под пола халата. Полежав ещё пару минут, она еле поднялась, окончательно приведя свою одежду в порядок. Кажется всё нормально, но где её трусики, пошарив в нескольких местах, она их так и не нашла. Пунцовея от стыда, она стояла и думала, опираясь о стену, что сказать в оправдание мужу. А ведь еще нужно как то до дома добраться. И дальше, как быть? Сгореть со стыда или разреветься в отчаянии? Она кое-как доковыляла до дома, вошла, и крадочи добралась до дивана. К её счастью мужа не оказалось на супружеском ложе. В халате, Алёна упала на пастель, и словно провалилась во сне.
В кромешной темноте, Игорь скользнул за противоположный угол бани, и пробираясь тихо по стене наткнулся на дверь. Боясь быть замеченным, он шмыгнул за неё. В это время в предбаннике тоже скрипнула дверь и в проёме показалась испуганная голая Лерочка. Игорь стоял перед ней полностью обнаженным с откровенным стояком, торчащим с боку сдвинутых плавок. Переминаясь, они смотрели друг на друга, держа в руках женские трусики. Не дав ей опомниться, зять стремительно схватил ее влажное тело и бросил на стоящий у стенки диван. Она попыталась нервически сопротивляться, звать на помощь свою мамочку, но все ее усилия были сломлены в мгновение ока, а во рту уже торчали белые в горошек трусы.
Бесцеремонно раздвинув ее ладные бедра, Игорь проворно прицелился в разработанное влагалище, раздвигая своим шишаком пухлые губки. Один лишь резкий толчок и его булава провалился в какую-то бездну, как наждаком шаркнув, у плотного входа. Она вскрикнула. Но зятёк, как ненасытный кабан, с оттяжкой стал наяривать бедную Леру. У нее глаза чуть не вылезали из орбит, настолько быстро он прыгал на ней. Она даже не понимала, когда он кончал, полностью наполняя её жаркую лунку. И как только этот мощный поршень выкачивал всё плодородное семя, пара минут, и он снова заполнял ее новой порцией спермы.
Лера лежала с отрешенным выражением лица, и когда почувствовала обильный поток на своих ягодичках, вытащила изо рта и подложила под попу мокрые трусики. Сил предпринимать что-то ещё просто не было. Она закрыла лицо руками, и беззвучно заплакала. На большее она уже была не способна. Чувство жгучей горечи и стыда от всего, что с ней произошло, заполнила всю ее душу, но досаднее всего было то, что Лера сама того не желая, отсосала ему, и дала над собой полную власть самца, покорившего самку. И теперь он мог ею пользоваться в любой момент своей прихоти. Сейчас она ненавидела его и призирала, как никого в своей жизни, казалось родной человек, а так поступил подло, он ещё хуже тех всех насильников. Но Игорьку и не нужна была ее ответная реакция, главное, удовлетворить собственную похоть и выместить зло за жену. Закачав последнюю порцию семени, он с гордостью вытащил член, и вырвав её мокрые панталончики, обтёр всё хозяйство.
— Я надеюсь, ты всё поняла? Сказал Игорёк, бросая в лицо ей трусы.
