Он взял стебель конопли, отломил стержень сантиметров десять, и начал тыкать по попке через белые в синий горошек плавочки.
— Ты что делаешь, замараешь мне все трусики, сам потом будешь стирать. Сними их и делай уколы. Строгим тоном говорила Лерочка.
Дрожащими руками мальчик начал снимать то, к чему всегда боялся прикасаться, но ему с нетерпением хотелось увидеть самое сокровенное и запретное место девочки, и он полностью снял трусы.
— Зачем ты их снял? Надо было только приспустить. Уже спокойнее сказала Лера.
— Чтобы не замарать, сама же сказала. Да и я долго буду ставить уколы, пока тебя не вылечу. Отвечал Федька.
— Ну, давай лечи, мне нравится, когда ты ставишь уколы. Быстрее, мне уже больно, ой умру наверное. Слегка простонала она.
На этот раз он попросил, чтобы она раздвинула ноги по шире и Лера молча согласилась. Усевшись на коленях между пухленьких ляжечек, Федька начал тыкать поочередно в каждую ягодичку.
— Ну как легче, ты не умрешь? Спросил он.
— Нет не умру, я уже выздоровела. Весело отвечала она.
— А можно я ещё полечу? Я хочу, чтобы ты полностью выздоровела. Сейчас я тебе поставлю укол в самую попку. Дрожащим голосом сказал он.
— Поставь. С испугом ответила Лерочка.
Ему всё это время не давал покоя вид розовой дырочки, от которого отходили две пухлые складочки к животику девочки. И он ткнул острым концом конопляной палочки в анус. Лера от неожиданной боли подпрыгнула и интуитивно попыталась сжать ножки, но коленки мальчика стояли твёрдо.
— Хватит мне больно, встань и подай мне мои плавки. Скомандовала она.
Федька не хотел терять позиции, он впервые видел так близко и во всей красе девичьи прелести. Сам не понимая, как его голова, оказалась на ягодичках девчонки, а губы жадно впились в больное место. Ему хотелось зализать рану своей любимой "жёнушки".
Лера застонала от наслаждения, она ни когда в жизни не испытывала такого блаженства, даже когда целовалась с Федькой. Услышав стоны, он с испугом оторвался от попки.
— А можно я укол пальцем поставлю, он не такой острый и больно не будет. Не уверенно спросил Федька.
— Поставь, ответила Лера.
Она была уже на всё согласна. И не успела опомниться, как указательный пальчик парнишки вошёл на одну фалангу в увлажнённую слюной попку. Он не знал, что делать дальше. Ему было страшно ввести палец глубже, и в то же время не хотелось его вытаскивать. И Лера снова взяла инициативу на себя. Она инстинктивно задвигала бёдрами, как это делают взрослые женщины, пока пальчик не погрузился на всю длину. И вновь ощутив, уже знакомое блаженство, девчурка застонала, прикусывая губы. Федька испугался и вынул палец.
— Поставь мне укол быстрее, а то я умру. Приказала Лерочка.
— А можно я укол в писю поставлю, чтобы ты быстрее выздоровела. Не уверенно спросил он.
— В писю укол пальцем не ставят. В писю укол ставят другой писей. Сказала Лера.
— А ты откуда знаешь?
— Знаю. Я часто остаюсь ночевать у тёти Гали, и её новый муж всегда так лечит, по полночи. А утром она встаёт здоровая и бодрая, а я вот потом целый день сплю как убитая. Мне очень интересно смотреть, как они тыкаются, поэтому я всегда прошусь к ним с ночёвкой. Притворяюсь спящей, а затем смотрю, как они врачуют. У дяди Толи такой большой укол, когда он раздевается, а как полечит, то висит как маленькая сморщенная сосисечка.
Федька с открытым ртом слушал свою собеседницу. Он никогда подобного не видел, а про секс знал от старших ребят, и то смутно. Тем временем, она уже лежала на спине с раздвинутыми ногами, а Федяй пальчиком шарил в её пухленькой розовой писечке. Влага выделялась всё больше и больше с каждой минутой рассказа, и пальчик продвигался всё глубже и глубже, пока не упёрся в гимен девочки. Опомнившись, Лера отшвырнула руку своего друга, и сжала ножки.
— Ты куда тыкаешь грязным пальцем, писька это самое чистое место у всех девочек, и пальцем туда нельзя, можно только другой писькой, и она то-же должна быть чистой. Давай, доставай свою, я посмотрю, а то, ты мою уже на изнанку вывернул, а я твою ещё ни раз не видела. Жених называешься.
Федька оробел от страха. Ему было стыдно показывать свой вздыбленный пенис. А уложить его он ни как не мог. Не дождавшись ответа, Лера стащила шорты вместе с купальными плавками. Его член как ванька-встанька выпрыгнул как-будто ни откуда и со шлепком ударился о живот. Лера открыла рот от удивления.
— Ба почти как у дяди Толи, когда висит. Вырвалось из её уст.
Она представляла член дружка размером с большой палец, ведь у её шестилетнего двоюродного брата как её мизинец всего лишь. А тут для десятилетнего юнца почти сантиметров 12 в длину и сантиметра 3 в диаметре.
— Ну ты и отрастил кочан, как укол будешь ставить, я боюсь пускать его в себя. Девочкам нельзя засовывать большие письки, они потом становятся женщинами и рожают детей. А нам ещё рано заводить детей, мы сами ещё дети. Рассуждала по взрослому Лерочка.
— А мы не будем весь засовывать, только головку. Попросил мальчуган.
— Нет и всё, сказала на отрез девчонка.
