На самом деле то, что у меня встал, существенно все упрощало. Потому что я уже помониторил ценник на «виагру» и прикинул, сколько «баккарди блэк» мне нужно будет выпить, чтобы забыть, что трахаю парня.
Выходило, что литр нужен точно. А если еще и Лерку надо будет поить?
Кстати, о Лерке. Ни разу не видел его с девушкой. Правда, я его до этого гребанного пари вообще не замечал, но, тем не менее…
Могло ли быть так, что Лерка педик? Было бы здорово!
Хотя педиков я себе представлял иначе: серьга в правом ухе, штанцы в обтяжку, манерный голосок «уйди, противный». Погуглив, понял, что заблуждался.
Вы знали, что слово «гей» - «gay» - переводится с английского как «веселый», «яркий»? И я не знал.
Нет, я не возлюбил парней, однако посмотрев несколько фильмов – и в этот раз речь не о порно – понял, что стесняться не буду. Если уж Бандерас, ДиКаприо, Ривз не стеснялись играть педиков, почему должен стесняться я?* Тем более что поверить мне должны были не миллионы, а один-единственный парень. Лерка. Трахну его, получу свой выигрыш и забуду это все, как страшный сон.
В пятницу подсел к нему на английском.
- Дать домашку списать? – спросил он, отчего-то избегая смотреть мне в глаза, и пододвинул тетрадь.
- Нет, - удивленно ответил я. – Просто сел. Хотел тебя попросить кое о чем.
- Да?
- Уверен, химичка вызовет меня опять. Позанимаешься со мной?
- Ладно… Сегодня?
- Отлично! – я уже собрался пересесть обратно к себе, но тут в класс вошла Марья Ивановна. Она прикольная, но строгая, и мы старались лишний раз ее не злить. Так и получилось, что весь урок мы просидели с Леркой. И все бы ничего, но сие чучело постоянно вертелось, задевая меня то локтем, то коленкой, то плечом. Меня это почему-то нервировало.
Урок традиционно заканчивался диалогом. В этот раз мы должны были рассказывать друг другу, кем планируем стать в будущем. Лерка меня удивил, поведав, что собирается в химико-фармацевтический. А потом изобретать лекарство от СПИДа.
Мне даже как-то стыдно стало признаваться, что я и не решил еще толком, но думал об институте физкультуры.
На перемене я пошел обниматься с Кристинкой. И был очень неприятно удивлен, застав ее мило беседующей с бывшим. Пашка бросил ее месяца четыре назад ради какой-то студентки. Некрасиво бросил, со скандалом, наговорил Кристинке кучу гадостей, едва не наградил комплексами. Они встречались класса с девятого, он был у нее первым, задаривал дорогими подарками, носил на руках. Все девчонки ей завидовали, парни просто молча стояли в сторонке и учились. А потом он ее бросил. Она мне так и не рассказала, какая кошка между ними пробежала, но шаг от любви до ненависти был сделан. Она ревела. И вы правильно подумали, утешал ее я. И отдавать обратно не собирался.
- Привет, - прошептал в ухо, обнимая за талию. Она вздрогнула, но обняла в ответ.
- Привет, - ответила тихо.
- Все хорошо?
- Да, - улыбнулась нежно. – Мы просто разговаривали.
Пашка хмыкнул и, помахав нам рукой, ушел.
- Что он хотел?
- Просто поговорить. У него родители разводятся, он переживает очень.
Я вздохнул. Вот что тут скажешь? Запретить ей с ним общаться? Да не было у меня таких прав.
- Мне неприятно видеть его рядом с тобой, - сказал.
- Не ревнуй, - Кристинка улыбнулась и чмокнула меня в нос.
Легко сказать!
Мы сидели на моем диване. Лерка, прихлебывая горячий кофе с молоком и сахаром, объяснял мне химию. Я слушал. Сначала внимательно, но постепенно все мои мысли перетекли совсем в иную плоскость. Я разглядывал Лерку. Объективно он, конечно, был страшненький: худой, лохматый, в очках. Однако что-то в нем все-таки было. Вот есть тела и лица идеально красивые, а глазу зацепиться не за что. Прошел мимо и забыл. А с Леркой все иначе. Он не красивый, наоборот, кажется, состоит из одних углов, но запоминается.
- Ты чего так на меня смотришь? – Лерка поднял взгляд от учебника.
- Не знаю, - честно ответил я. Так и сидели, как два полудурка, и пялились друг на друга. Я потянулся к его лицу, снял очки.
- Зачем? – отчего-то шепотом спросил Лерка.
- Захотелось.
Он как-то смешно то ли всхлипнул, то ли хмыкнул, и вдруг прижался губами к моим губам. Первый раз в жизни меня целовал парень.
Я в шоке оттолкнул его и спрыгнул с дивана.
- Извини, - он густо покраснел. – Отдай очки, пожалуйста. Я домой пойду.
Я отдал.
Случись такое еще неделю назад, я бы ударил. А сейчас растерялся. Вроде мне именно это и нужно, но перешагнуть через себя оказалось не просто. Все-таки придется пить.
Лерка гремел в прихожей. Я глубоко вздохнул, пытаясь выровнять пульс, и пошел к нему.
- Ой, а кто это тут у нас такой хорошенький… - услышал вдруг. Я думал, что хуже быть не могло. Ошибался. С учебы пришла сестрица. – Миша, у тебя очень симпатичный друг.
Симпатичный? Она пьяная там, что ли? Я храбро заглянул в прихожую. Сестрица приперла к двери несчастного, красного, как помидор, Лерку своим немалым бюстом и пытала.
- Миша, Валерочка не хочет пить с нами чай.
- Он уже кофе попил, - Лерка смотрел на меня с мольбой в глазах. - Отвянь от него.
- Мне домой надо, правда, - тихо сказала жертва, ошалев от сестренкиного напора.
