- А чего его искать? Он каждый день на плацу перед казармой гоняет стражников. Тех, кого поймает. Они его как увидят, то как тараканы разбегаются. Кто в караул, кто по фиктивному договору об охране жилища, у кого-то сразу живот прихватывает… - Бенкас тяжко вздохнул и не совсем логично, но с чувством добавил, - говорю же, сволочь.
- Видно тебе тоже успел на мозоль наступить. – не столько вопросительно, сколько утверждающе пожалел его Ольт.
- Да у кого только он не потоптался, причем в буквальном смысле. Недавно одного старика ногами до смерти затоптал. Тот рыбачил и рыбу продавал, а в тот день ничего не словил, старый уже, сеть тяжело таскать. А этому, видите ли рыбки захотелось, а рыбки-то нет, ну и забил старика до смерти.
- Постой, это не тот старик, который после сапожника вселился в его жилище у реки?
- Ну да? А вы что тоже его знали?
- Да так, слышали кое-что. – Ольт помрачнел, следующим их адресатом, по которому он хотел пройтись, был этот рыбак, которому когда-то Оглобля передал свою хижину при переезде в Карновку. – Насколько я помню, у него же вроде какие-то дети оставались?
- Оставались, - подтвердил купец, - то ли внуки родные, то ли приемыши какие-то. Умрут теперь, навряд ли зиму переживут. И идти им некуда и не к кому, такие же нищие все вокруг, да и этого железнобокого боятся. Тот такая скотина мстительная… Сволочь.
- Понятно… Ну чтож, мы наверно в мойню сходим с дороги? А то в дороге намерзлись.
- Да, да, конечно. Заболтал я вас. Строкис, проводи людей до мойни.
Конечно мойня – это не баня, но горячая вода и жар от емкости с ней сделали свое дело и из мойни лесовики вышли розовые и избавившиеся от того промозглого холода, который проник в них казалось до кости. Строкис принес им не новые, но чистые рубахи и штаны, а их грязную и мокрую одежду забрала на стирку служанка. В комнате их уже ждал накрытый стол. Поужинали простой, без изысков, но сытной крестьянской пищей и улеглись спать. Долгая дорога и ненастная погода вымотали всех.
А утром Бенкас, даже не дождавшись завтрака, потащил их к телеге, и Ольт понял, что того на самом деле сильно прижало. Двум десяткам мешкам соли он обрадовался, как будто увидел близких родственников после долгой разлуки. Это давало так необходимую ему передышку и при этом позволяло сохранить в неприкосновенности уже налаженные торговые связи. Конечно двадцати мешков было маловато для тех высот, куда устремился Бенкас при помощи своих лесных партнеров, но Ольт ему пообещал, что обоз с солью должен прибыть максимум через десятицу. Перспективы перед Бенкасом маячили самые радужные и он искренне радовался, выкинув на время из головы вчерашние мрачные разговоры. Так как на улице продолжал моросить мелкий нудный дождик, то по его распоряжению телегу с товаром загнал в сарай, где уже висели весы и там занялись взвешиванием, после которого соль оставили тут же в сарае в ожидании торговых партнеров, должных приехать со дня на день. Остальной товар рассортировали, основную часть оставили тут же в сарае, а малую вместе с Строкисом отправили в лавку. Тот словно заправский купец, хотя почему «как», еще маленький, не очень опытный, но уже делец, который чувствовался в каждом решении и поступке молодого человека, взял на приход товар, все взвесив и записав на бересту ассортимент и количество, загрузился в свою телегу и, даже не позавтракав, отправился в родную лавку. «В лавке поест, - объяснил Бенкас на немой вопрос Ольта, - там все есть для перекуса».
Завтракали долго и обильно. Как уже давно объяснил Карно, так плотно с утра набивать желудок было здесь в обычае, ведь до обеда или ужина еще надо было дожить. А если и доживешь, то никто не гарантирует, что будет что закинуть на зуб в полдень или вечером. Такая уж здесь была жизнь. Поэтому Ольт молча доедал опостылевшую кашу, с тоской вспоминая то время, когда в его меню каша присутствовала только в мечтах. Избаловала его Истрил. После наконец закончившегося завтрака все разошлись в разные стороны по своим делам. Бенкас кинулся в сарай подсчитывать свои ожидаемые прибыль и убытки, а троица лесовиков вышла на улицу под все не кончающийся дождик.
- Куда идем? – деловито поинтересовался Леко.
- Ты знаешь Свельта Оглоблю? – вопросом на вопрос ответил Ольт.
- Ха, кто же его не знает? Особенно после последнего соревнования лучников.
- Так вот, до того, как приехать к нам он жил здесь, а когда уезжал оставил свой домишко одному деду, рыбаку…
- Понял, про этого деда Бенкас говорил?
- Про него, – вздохнул Ольт, - там у деда должны остаться дети. Вот и узнаем, что с ними стало.
- Понятно.
