Мальчишка достал из горна уголек и прямо на наковальне стал рисовать непонятные закорючки. Кузнец заинтересовано согнулся над появляющимися рисунками. Странное изделие и непонятно, как им пользоваться. Вопросы кузнеца, типа: «а почему согнуть надо именно так, а зачем здесь эта заусеница, а почему именно такие размеры…» напрягали, но раздражения Ольт не чувствовал. Он терпеливо объяснял, что и как надо сделать. Незаметно они перешли к инструментарию кузнеца. И здесь Ольт, не удержавшись начал критиковать то, чем пользовался Стино. Тот естественно возмутился, да у него лучшие инструменты в городе и не каким-то лесным лапотникам указывать на то, что его щипцы плохи или пластина с дырками для вытягивания проволоки не соответствуют какому-то там «стандарту». Оба горячились, впрочем, не переходя границ, и в конце концов Ольту пришлось самому взяться за молоток, чтобы кое-что показать. Между делом был разожжен горн и в огонь сунут спорный брусок. Причем Ольту приходилось выполнять обязанности подмастерья, качая мехи.
Оба заинтересованных лица сами не заметили, как их спор перешел в разговор двух единомышленников на производственную тематику. Лесной мальчишка делился кое-какими секретами, а городской кузнец, хоть и скептически поджимал иногда губы, слушал очень внимательно. Особенно его заинтересовали способы закалки изделий. Здесь что-то знали про то, что металлоизделия надо закаливать, но дальше опускания в воду других способов не знали. Ольт и сам-то был не большой спец, но знал хоть что-то про отжиг, отпуск и саму закалку. Поэтому за медную монетку был нанят один из крутившихся возле кузниц пацанов, в надежде, что глядишь, может что-то и перепадет от кузнецов. А то вдруг и исполнится заветная мечта и кто-нибудь из мастеров возьмет кого-нибудь из них в ученики. Короче мальчонка был нанят и послан в торговые ряды за льняным маслом. Еще, часа через два, наполненных спорами и необидной руганью, на свет были произведены шесть рыболовных крючков разной величины. Ольт сделал попарно три разных размера, два больших тройника для переметов и на большую рыбу, два средних и два совсем маленьких на разную мелочь. Пока металл отдыхал, люди тоже спускали напряжение после работы. Они сидели на улице на той самой лавке, на которой Ольт застал Стино и отдыхали, и если лесовик сидел спокойно и расслабленно, подставив лицо неяркому осеннему солнцу, то кузнец весь извертелся от мучивших его вопросов. В конце концов он не выдержал.
- Интересным вещам обучают сейчас в лесных деревушках своих мальчишек. – с намеком проговорил Стино.
- Угу.
- И откуда только берутся такие знания? Наверно сильный мастер у вас живет.
- Угу.
- Вот бы с ним познакомиться. Глядишь и я узнаю что-то новое?
-Угу.
- Да что ты заладил: «Угу» да «Угу»! По-человечески можешь говорить?
- Да что тут говорить. – собеседник лениво пожал плечами. - Вот закончим тут с делами и поедем к нам в деревню. Там мастер Кронвильт Кувалда такое тебе покажет, что даже я иногда ху… Хе-хе, дурею.
- Строгий наверно? И с чего это он мне что-то покажет? Кто я такой для него?
- Я его попрошу. Я его любимый ученик, наилюбимейший. Ох, пора вставать. – Ольт кряхтя и держась за спину, поднялся с лавки. – Давай, поднимайся. Изделие-то готово, остыло, но теперь надо сделать отжиг, потом закалить и отпуск. Помнишь, что я говорил?
- Я теперь это только со смертью забуду. А зачем ты мне это говоришь? Разве ты сам не будешь проводить эту твою отжигу?
- Отжиг. Потому, что сейчас я уйду, и так целый день потерял, а у меня еще дела есть. Так что все остальное проделаешь сам, самое главное – следи за цветом. Ну я тебе говорил. Так что придется тебе потрудиться, зато завтра мы пойдем на рыбалку. Кстати, это у тебя свинец? – Свинец здесь знали. Ольт как-то не поинтересовался, для чего он нужен, но его здесь было в избытке.
- Да. А крючки доделаю, дело не хитрое.
- Отлей мне вот такие штучки. Вот такого, такого и такого размера. Когда будешь отливать, вложи туда колечки из проволоки, чтобы туда еле проходила нитка.
- Что-то ты мудришь. И для чего это?
- Завтра все увидишь. Увидишь, и как крючки действуют, и как рыба на них ловится, и отдохнешь по-человечески.
- Отдохнуть на рыбалке? – в сомнении проговорил Стино. – Шутишь наверно.
